Описываемые события развернулись в ходе освобождения Минска в июне - начале июля 1944 года. Было уже около полуночи 2 июля, когда перед командиром Тацинского корпуса открылась заманчивая перспектива на плечах у разгромленного врага ворваться в город. Сделать это было сложно: за прошедший день танки с белой стрелой на башнях промчались более ста километров и сбили врага с двух рубежей обороны. Тяжесть боев была высока, накопилась усталость.
Что делать?
Командир 4-й гвардейской танковой бригады 2-го гвардейского танкового корпуса О. Лосик пребывал в раздумьях. Что делать? Ждать подхода основных сил корпуса или, не утрачивая внезапность и преимуществ атаки под прикрытием ночной тьмы, продолжить движение к Минску?
По опыту О. Лосик знал, что внезапная атака может принести успех. А вот атаковать в лоб мощный оборонительный рубеж совершенно невыгодно - закончится большими потерями. Это он тоже понимал. Поэтому нужно было срочно нащупать слабый участок в обороне противника.
Наилучший кандидат
Для решения этой нелегкой задачи, по мнению О. Лосика, лучше других подходил танковый взвод гвардии младшего лейтенанта Д. Фроликова. Его командир был человеком исключительной храбрости, мужества и боевой смекалки, четырежды раненый в ходе ожесточенных боев, дважды горевший в танке. В боевом дозоре на него можно было положиться твердо, как на самого себя. Решение было принято - заработали моторы, и три танка быстро удалились по лесной просеке. "Впереди шла машина командира взвода, за ней - тридцатьчетверки гвардии младших лейтенантов В. Зенкина и П. Тарасова", пишет О. Лосик в своих воспоминаниях.
"Путь свободен, фашисты бегут в панике!"
Двигаясь с максимальной предосторожностью, гвардейцы вскоре оказались на северо-восточной окраине Минска. Они тщательно обследовали окрестности и обнаружили у дороги позицию батареи противотанковых пушек. Других батарей поблизости не было видно. Дальше было вот что:
"Приказав экипажу Тарасова оставаться пока в укрытии и по мере необходимости поддержать танковую атаку огнем, Фроликов в паре с Зенкиным на полной скорости машин рванул вперед. Ни одна из пушек батареи не успела сделать и единого выстрела, как все были смяты страшными для врага гусеницами Т-34. Промчавшись грозным вихрем еще около двух километров совершенно беспрепятственно, Дмитрий Фроликов остановил горячую машину и, осмотревшись, вышел на радиосвязь... "Орел-1, Орел-1, я - Орел-10. Путь свободен, фашисты бегут в панике! Какие будут приказания?"" (О. Лосик).
Постскриптум
Гвардии младший лейтенант Д. Фроликов получил приказание пробиваться к центру города и регулярно докладывать обстановку. За ним пойдет вся бригада. Командованию 4-й гвардейской танковой бригады стало ясно, что противник не смог своевременно организовать сплошную усиленную оборону по всей северо-восточной окраине Минска. Выход наших танков под стены столицы Белоруссии в ночь на 3 июля вызвал панику в стане оккупантов и деморализовал его части. Дорога на Минск была открыта.
Если статья вам понравилась, ставьте лайки, пишите комментарии, берегите себя, сохраняйте спокойствие духа и трезвость ума
О неточностях и опечатках сообщайте автору