Саша был обычным парнем, немножко застенчивым, но таким отзывчивым. Он просто не мог отказать, когда старая добрая парочка знакомых позвала его на пикник., который, как Саше тогда казалось, не предвещал ничего плохого. Он ещё не знал, что его ждёт нечто невероятное…
— Саня, дружище! — доносился весёлый голос Димы из трубки.
— А? Чего? Димон?
— Это ты чего? Спишь, что ли? — прокричал Дима, сделав ну очень удивлённый голос.
— Да куда мне спать сейчас же целых 7 утра!!! Бодрствую, разумеется. — Саша ехидно улыбнулся в трубку. Ехидничать он всегда любил.
— Ладно, слушай. Моя опять надумала в лес поехать. По грибы да по ягоды, а мы ещё на днях поссорилось здорово… Короче, отказываться нельзя, да и лучше будет, если ты присмотришь за нами. Ты же её знаешь, она бывает такой вспыльчивой…
— Ну, вы с Машей, как обычно… Но я свободен на выходных, а куда собрались ехать?
— Да так, сосновый бор в области есть, тут час езды, там пару часов погуляем и обратно.
— Добро, встретимся в субботу в 11:00, идёт?
— Спрашиваешь ещё! Идёт! — сказал радостный Дима и с удовлетворением закончил звонок.
Как и было обещано, троица собралась в субботу. Судя по безмолвию в машине, поездка предстояла напряжённой.
Стоявшую тишину разрушал только гул двигателя и шуршание покрышек. Так и ехали целый час.
Зато, когда приехали, все будто расцвели! Казалось бы, типичный пейзаж для конца сентября. Повсюду жёлто-оранжевая листва, которая совсем недавно обрела свободу и теперь кружит в своём ветреном вальсе, а немного устав, падает на землю и ждёт следующего порыва, уносящего высоко-высоко.
— Природа к спячке готовится! — подметил Саша и взял из машины самую большую плетённую корзинку.
— Да уж, мальчики. Вот это красотища! — вздыхая, говорила Мария.
Время пролетало незаметно. Попадались маслята, лисички, сыроежки. А, когда наступило время обеда, Маша на скорую руку сварила грибной суп. Он оказался вполне себе съедобным. Во всяком случае, парни так сказали Марии. Не хотелось обидеть и без того обиженную девушку.
Послеобеденное время преподнесло немало сюрпризов.
Парни отделились от Марии и говорили о чём-то своём, мужском. Звон смеха и хруст листьев под ногами не давали Маше, державшейся чуть по одаль, потерять Сашу и Диму.
Так они бродили некоторое время, но неравномерно и так неожиданно начал подступать холод, сковывающий своим натиском и заставляющий парней срочно найти в рюкзаках тёплые кофты.
— Димон. — шёпотом говорил Саша. — А тебе не кажется, что лес какой-то мёртвый, что ли?
— Сань, да я вот тоже смотрю и думаю, что как-то темнеть рано стало, сейчас же всего 15:00, а солнце уже скрылось за горизонтом, птицы петь перестали. Звуков никаких нет, кроме тех, что исходят от нас с тобой.
— Согласен. Я о том и говорю. Странная хрень, хочу тебе доложить.
Два друга шли, обсуждая загадочность природы здешних мест, а затем внезапно заметили неожиданный факт, который как подводный камень, об который бьёшься брюхом, вскрикивая от резкой боли. Машу уже давно не видно и не слышно! Девушка как сквозь землю провалилась, не оставив и следа!
Как только парни ни «аукали», но Марию найти не удавалось.
— Мать твою, Димас, Машки нигде нет, машины нашей тоже нигде не видно. Ещё и стемнело так рано, что происходит?
— Друг, я сам в шоке, понятия не имею, как быть! Давай сначала успокоимся и попробуем что-то сделать.
На мгновение повисла гробовая тишина, затем глаза Дмитрия заблестели, он достал из кармана увесистый брусочек сотового телефона и начал пробовать дозвониться до Маши.
Увы, связь в лесу отсутствовала. Огонь в глазах парня тух, как и надежда на скорое возвращение домой. Стало ясно, что друзья угодили в какое-то жутко странное место, поражающее своей нереальностью.
— Я не верю своим глазам. Всё это будто сон… — констатировал Саша, на эмоциях ударяя по шершавому стволу старой сосны. — Мы с тобой заблудились в долбанном лесу!
— Да ещё и Машку потеряли… — добавил совсем поникший Дима.
И правда, они будто попали в параллельное измерение, в котором не было Маши, машины, да и вообще ничего не было! Но у обоих парней присутствовало какое-то чувство. Навязчивое, как мокрая трава, ощущение того, что они всё-таки не так одиноки в этом лесу. Некто или нечто наблюдало за друзьями, ссорящимися и обвиняющими друг друга во всех смертных грехах.