Мир трясёт так, как будто под нами проснулись Йеллоустоун и Этна одновременно. Крупнейшие державы обмениваются ядерными приветами, КНДР запускает нечто в Японское море, в Италии побеждают правые, китайские самолёты облетают Тайвань, в Иране волнения, на границах Армения-Азербайджан и Киргизия-Таджикистан вооружённые столкновения, а госпожа бербок (простите, заглавных букв у меня на неё не хватает) утверждает, что оккупированных украинцев «насилуют и потом заставляют под дулом Калашникова ставить крестики в бюллетенях». И что с того, что немецкие, итальянские, чешские и многие другие наблюдатели утверждают обратное. Оно ей надо?
А что ближе к нам? Мобилизация полным ходом. Сегодня увидела у пункта призыва ребят с рюкзаками в окружении родных и сердце сжалось. Представляю, что там в душе у каждого из них. Уходили в автобус с улыбкой, поднимали сжатые кулаки:
- Пока, братан!
На слёзы не сдержавшихся матерей:
- Мам, пока! Всё нормально будет!
Это внешне. На то они и настоящие мужики, чтобы скрыть от провожающих несомненную тревогу, волнение и, вероятно, даже страх. И это нормально. Так должно быть. На таких и держимся.
Но есть и другие. В очередях на границах Казахстана и Грузии. С баулами и перекличками в Телеграм-канале. Этих я видела только в интернете. Да, наверное, они утверждают, что пацифисты. Что нет войне и всё прочее…
Да, все априори не могут быть смелыми и преданными. Все не могут быть патриотами. Но ужас в том, что в их случае страх и отступничество перетянули чувство самоуважения и способность элементарно мыслить. Ну уедут ребята, даже приспособятся где-то на время, а дальше что? В Европу путь закрыт. Казахстан устами Токаева уже вопрошает, а что нам, мол, с ними, перебежчиками вашими, делать? Грузины вообще обхохочутся, вспоминая 2008 в Южной Осетии и что-нибудь точно придумают. Ну, хотя бы поунижают всласть. Уверена, что каждый тусящий сейчас на границе со всем, шо нажито непосильным трудом, сложил для себя оправдательную историю, подкрепив её перлами из тошнотных статеек либералов. Но где-то там, очень глубоко, "так глубоко, что они этого даже не замечают", прячется противная правда о том, что ты - трус. Обыкновенный такой, простой, без изысков трус. Если это обидно - то простите уж, только не за обидное слово, а за то, что я не родилась мальчиком.
Хотя, один выход есть, - воспользоваться так называемой немецкой «гуманитарной визой», о которой они там что-то шпрехают. То-то наши мужчины распотешат тамошних бюргеров! Историческая боль – она на века. Именно в Берлине наши деды добивали фашизм. И вот туда побегут их внучки! Я думаю, немцам так понравится (особенно правым и радикалам), что они будут смаковать эту тему, как штруделя с мороженым. Мой внук сказал бы на это: «Капец!»
Но пройдёт время. Русские победят, и это не обсуждается. Наши мальчики вернутся с гордо поднятой головой. Каждый из них войдёт в историю своего города, посёлка, села. Мои дорогие племяши Славик и Андрюшка там с февраля. Сегодня ушёл друг сына Димка, завтра – сводный брат, Лёшка. Внук соседки, сын знакомого… Господи! Когда они успели вырасти? Никто не пикнул, не сбежал. Знакомый армянин, Рубен, сам помчался в военкомат. Говорит:
- А как, я же танкист! Там же по-любому танкисты сейчас нужны!
Так что, всякому времени – свои герои и свои трусы. Не днём единым. И по прошествии времени каждому из нас детьми и внуками будет задан вопрос:
- Пап-мам, а расскажите, как это было?
И каждый расскажет своё. Если сможет.