Не прошло и несколько дней, как сеньор Фиески вновь пригласил к себе графа Борха и графиню Офольскую. Но как только графиня вошла в комнату, казачок Василёк передал ей конверт от Шишковского Степана Ивановича.
Катерина быстро развернула письмо и прочла:
«Несомненно сделка с сеньором Фиески должна состоятся. Вы должны склонить его к выгодным условиям. Конечно же, не стоит делать все через силу. И, если сеньор Фиески будет неуважительно себя вести, то вас никто не сможет заставить пойти на уступки. Однако, не следует его провоцировать.
Желательно вам сблизится с ним.
Сообщать о результатах не нужно. После я назначу вам встречу сам.
Ш»
Катерина поднесла письмо к свечи и сожгла его вместе с конвертом.
«Чудно. Теперь я играю в непонятные для меня игры», - подумала она. – «И при этом нельзя упускать из поля зрения Тишкиных. От барона уже давно нет никаких вестей. Если так продолжиться, то я ничего не смогу добиться. А мне очень нужна эта камея!»
Сударыня села на кровать и задумалась.
«Очевидно, что получить ее честным путем я не смогу», - решила она. – «Что ж, значит придется схитрить. Только бы знать, что она у него… и где она у него…»
Графиня посмотрела на сенную девку Анну.
- Нужно, что бы ты покрутилась возле слуг. Желательно именно барона Тишкина и узнала про подарок для императрицы. Может и еще какие-нибудь новости узнаешь.
- Хорошо. Но… это сложно… скажут потом, что подслушиваю… - Неуверенно сказала Анна.
- Тут все что-то подслушивают. – Резко ответила юная графиня. – И если мне надо что бы ты что-то узнала, то ты узнаешь. Мне все равно как.
Анна опустила голову. Понимала, что человек она, подневольный. И хозяин имел права давать любые приказы. Но все же, обычно юная графиня была более мягкой, чем была сегодня. Она кивнула.
Графиня посмотрела на Василька.
- А ты будь тише воды. Все как обычно, на вопросы про меня – не отвечать. Избегать этих вопросов.
Василек кивнул.
- Ты сегодня не едешь со мной. – Сказала она. – Для тебя будет другое поручение. Отправишься к графу Офольскому. Он должен со дня на день отбыть к новому месту службы. Узнай у него на какие приемы он приглашен, с кем завел дружбу, о чем говорили. И передашь ему письмо. Пусть его после сожжет. Справишься?
- Конечно! – Кивнул мальчик.
- На извозчика я тебе дам денег. Что бы пешком не плутал по незнакомому городу.
Василек широко улыбнулся. Он как представил, что он один будет ехать в экипаже, словно господин, то аж зарделся.
- Не лопни от важности. – Шепнула ему Анна.
- А вот и лопну. – С широкой улыбкой ответил Василек.
Катерина посмотрела на них и сама улыбнулась. После она отсчитала монеты для Василька и отдала ему.
- Только деньги никому не показывай. А еще лучше будет, если граф сам тебя в экипаж посадит. Анна… проводи Василька…
- Я сам! – Упрямо сказал казачок. И надулся. – Я справлюсь!
Катерина посмотрела на его решительный и немного обиженный вид и кивнула.
Василек спрятал монеты и быстро вышел из комнаты. Анна смотрела некоторое время на закрытую дверь и сказала:
- Как сове дитё отпускаю. Может, я прослежу, что бы нормально в экипаж сел?
- Да разве ты за ним теперь угонишься? – Спросила Катерина. – Помоги одеться.
В светло-розовом платье, с перчатками из тонкого кружева, и тяжелой полупрозрачной вуали по всему периметру отделанную толстым кружевом, в старомодной шляпке, с искусственными цветами не только на шляпке, но и в локонах. Украшение на шее так же было из шелковых цветов.
Графиня Офольская села в карету графа Борха, который уже ждал ее.
- Милый бантик. – Сказал он вместо приветствия. На корсаже был большой бант.
- Добрый день. – Сказала графиня.
Она уже поняла, что граф ведет себя нестандартно, и словно провоцирует людей на что-то. И решила держаться, делать вид, что ничего такого и вовсе не происходит. Не понимая, что этим самым она еще больше подогревает к себе интерес.
Экипаж двинулся с места. Графиня спокойно смотрела в окно, не произнося ни слова.
- Как поживают ваши коварные планы? – Спросил он Катерину.
- Планируются и готовятся к исполнению. – Спокойно ответила она.
- Вы все же будете избавляться от баронессы? Может простите глупую бабу?
- Она не дает мне для этого шансов. Так что нет, не прощу.
Граф задумался.
- Вы уж скажите, когда будет действо. Не хочу пропустить это представление.
- Полагаю суть представления поймут лишь единицы. Но для баронов это будет конец. Поучаствовать не хотите? – Вдруг спросила она.
- Вы вроде спрашивали нечто такое, а я вроде даже что-то отвечал. Напомните?
- Какая разница что было, раз вы даже не помните? Значит, вам это было не интересно. Что ж… возможно, вы измените свое мнение.
- Что же за проказу вы задумали?
- Очень сложную проказу. – Наигранно сказала Катерина. – Одной мне ну никак не справится. Да и барон утратил ко мне интерес.
- Трудно утратить то, чего не было. – Съязвил Константин Модестович.
- Действительно. Даже диву даюсь, отчего же вы обратили на меня свое внимание, на такую неприметную тень самой себя!
- Понял. больше не буду. Так что за план?
Графиня рассказала ему еще раз про камеи.
- Камея уже готова. Он хвастал об этом. И поверьте, дарить ее вам он не станет. Уж сильно много он про это говорит.
- Верно уже и императрица про это слышала.
- Все может быть.
Катерина нахмурилась.
- Но шанс у вас есть. Только сложно все будет. Но… я помогу вам.
Лицо графа было таким хитрым, что Катерина уже пожалела.
- И что в замен?
- Я не придумал. Но уверен, что вам понравится!
«Сомневаюсь!» - подумала юная графиня, но вслух ничего не сказала.
На этот раз они подъехали к одному из домов Петербурга. Катерина даже немного выдохнула. Не будет больше коварных мостиков и условного плена на корабле.
Сеньор Фиески был радушен.
- Графиня Офольская, я рад что вы пришли. – Сказал он. – Я прошу прощение за мое поведение в прошлый раз. Качка, наверное, так сказывается на мне. Я был груб с вами.
- Радует, что вы признали это. Но печально, что волны вызывают у вас дурные чувства. – С сожалением сказала графиня. – Мне так хотелось еще раз посетить ваш чудесный корабль.
- О! – воскликнул сеньор.
- Признаюсь, до этого я ни разу не была ни на каких кораблях. –Улыбнулась грустно графиня. – И первое впечатление было очень сильно испорчено. Жаль, что уже ничего не исправить.
Она говорила это сложив ладони перед грудью, словно в молитве. А сеньор Фиески уже не знал как ему быть. Он после и сам не сможет себе объяснить, отчего же так терялся в присутствии графини.
- Вполне можно что-то сделать… - Начал сеньор Фиески.
- Оставьте. Теперь это уже пустое. – Сказала графиня изящно махнув ручкой. Она прошла вперед и устроилась в кресле. А после посмотрела на сеньора Фиески. – Предложить чаю было бы кстати.
- Да! Граф Борх, прошу вас! – Сказал сеньор Фиески, и приглашая Константина Модестовича устраиваться. Тот сел рядом с сударыней, но все же в некотором отдалении. Сеньор Фиески сел напротив. – Принесите чай! Может быть, вы хотите вино? У нас чудесное вино!
- Для подобного нужен повод, однако. – Заметила Катерина. – Пока его нет.
- Тогда приступим к нашим делам! – Сказал сеньор Фиески.
Почти час они обсуждали детали поставки тканей, кружев, обсуждали сроки и цены. Когда, казалось, обо всем было договорено, граф Борх сказал:
- Все это не будет иметь никакого значения, если не будет модно.
- Я полагаю, вы имеете влияние на императорскую моду. – Сказал сеньор Фиески.
- Все не так просто. Императрица придерживается строгих правил. И что бы она надела что-то, ее нужно этим заинтересовать. Но при этом, вещь должна соответствовать ее требованиям.
- Что ж… вы намекаете на то, что одна из дам должна ходить в них. И, скорее всего ничего не должна за это платить. – Сказал сеньор Фиески. – Но раз так, то я могу сам подобрать нужную мне придворную даму.
«Заморский жук!» - Подумала графиня. Но улыбнулась еще шире.
- Вы правы. И вам не составит труда найти такую даму. Как только придворные узнаю, к вашему дому очередь выстроится. Кто ж откажется от бесплатных нарядов? Можете выбрать любую. Кто больше придется вам по душе.
- Верно. – Улыбнулся Константин Модестович. – Однако, графиня, вы готовы вкладываться в банкротное дело?
- Нет, граф. Это было бы непростительной глупостью. Вкладывать средства, для того что бы какая-то придворная раз надела шикарный наряд в том числе и за мои деньги на закрытом вечере? Нет. Не бывать этому.
Граф Борх встал и предложил руку юной графини. Не сговариваясь они играли вместе, словно все было заранее обговорено, обговорены все варианты.
- Но почему на закрытом вечере? – Удивился Фиески.
- Все просто. Если бы вы были внимательны, то отметили бы, что придворные дамы носят форменное платье. которое шьют строго по эскизам утвержденным императрицей. Ничто другое надеть они не могут.
- Графиня единственная гофмейстрина которой дозволено одевать все, что ей хочется. Конечно же, она должна следовать некоторым правилам. Но все же, она единственная может появиться перед императрицей не в форменном платье.
Катерина осторожно оправила юбку, поправила бантик на корсете и посмотрела на графа Борха.
- Мы потратили очень много времени. – Сказала она.
Но господин Фиески просто стал перед ними, как бы загораживая проход.
- Я не знал, что у вас при дворе такие строгие правила. Полагал, что не всех они касаются.
- Вы правы. Не всех. Меня не касаются. – Сказала графиня.
Сеньор Фиески дал знак своему слуге и тот куда-то вышел.
- Что ж, раз так… вы уж простите мне мою неосторожность. – Сказал он. – Нужно обговорить детали. Конечно же, никто не сможет представить все чем вы!
Графиня и граф сели.
- Все так плохо начинается. Мы вынуждены уходить, а вы извиняться. – Грустно сказала графиня. – Все это так неловко. Я, право, не знаю, что об этом думать!
Вид у нее в этот момент был очень несчастным. В это время слуга принес вино.
Сеньор быстро разлил вино по бокалам, но графиня не взяла бокал.
- Поверьте, вино сладкое и приятное, немного терпкое. Вы не будете разочарованы. – Сказал сеньор Фиески.
- Я верю вам. Но… я гофмейстрина и мне еще возвращаться на службу. Я не могу. Подобное поведение недопустимо.
- Это действительно печально. Я чувствую, что вы не простили мне мою оплошность. – Сказал сеньор Фиески. – Прошу, примите от меня дар, в знак примирения.
Он протянул коробочку графине. Та достала веер. На этот раз это был хороший и качественный веер. Красный с черным, с прекрасной вышивкой и вставками их жемчужин.
- Его основа – это сандаловое дерево. И веер издает легкий сандаловый аромат.
Графиня поднесла веер к носу и понюхала. Действительно веер приятно пах.
- Я принимаю этот подарок. – Сказала она. – Он будет напоминать мне о лучшем в вас.
- Однако, вы все еще обижены!
- Полагаю у вас будет еще время наладить общение. Вы остаетесь здесь, а графиня придворная императрицы. – Сказал Константин Модестович. – Вы еще ни раз встретитесь на приемах и балах.
Когда графиня и граф были в катере, тот заметил:
- Вино действительно было чудесным. – Сказал он.
- Вам виднее. – Спокойно ответила графиня.
- Я должен вам сказать! просто обязан! Я восхищен! Как вы себя вели! Это же выше всяких похвал! Вы были словно наивный ангел! А после хитрой лисой! А после милой дурочкой! И он это проглотил! Любой бы проглотил!
Катерина хотела сдержаться, но все же улыбнулась. Улыбка становилась все шире и шире и в итоге они оба рассмеялись.
- Вы не представляете, как я волновалась! Сама от себя такого не ожидала!
- Вы просто чудо! Как хорошо, что жизнь свела нас вместе! – Сказал граф Борх и вдруг стал грустным.
- Граф? – Тихо спросила Катерина.
- О, не обращайте внимание на меня. вечером нужно все обсудить. То, как будем действовать дальше. Сеньор все же мужчина и вы подожгли его интерес. Так просто он не остановится. И мы должны подумать, в первую очередь, про вашу безопасность.
Графиня кивнула.
Она устало прислонила спину к подушкам в карете. И поняла, что эта встреча была крайне утомительна.
- Как бы я хотела сейчас отправится в Кленовое. – Тихо сказала она.
Граф улыбнулся. Он уже знал, что императрица разрешила покидать сударыне Офольской двор тогда, когда той будет необходимо. Но сейчас она не могла уехать.
Добрый день. Дзен заблокировал сейчас все выплаты для авторов на неопределенный срок. По этой причине буду рада вашей поддержке
#роман #драма #любовь #интриги #семейные отношения #средниевека #одиночество #предательство