Аккурат перед новым годом такая история в нашей деревне приключилась.
Михалыча, бывшего кока на рыболовном судне «Ёрш», когда-то списали на берег за любовь к незаконно созданным на камбузе механизмам. То есть и сам Михалыч, и команда были полностью довольны вкусовыми и градусными качествами получаемых в механизме напитков, а вот внезапно нагрянувшая в порту проверка не оценила стойкий аромат перегара, пропитавший судно от носа до кормы.
Списали Михалыча по-тихому, дабы не нарваться на масштабные чистки. Моряки родного корабля провожали кока с похмельной слезой, а мужики в деревне встретили с распростёртыми объятиями.
Страсть к морю никуда из кока не выветрилась, а масштабы возможностей на суше потрясали. Потому деятельный Михалыч за год не только воссоздал в своей избушке камбуз «Ерша», но и назвал эксклюзивный напиток собственного приготовления в честь любимого судна.
Новый год, понятное дело, важный праздник для каждого, а потому уже с утра в кают компании (так Михалыч называл сени) мёрзли мужички, синеватым отливом напоминавшие инопланетян. Иногда то один, то другой просовывали нос на камбуз и горестно вопрошали: «Михалыч, скоро? Ну не томи!» «Брысь, с камбуза!» - летело в ответ, и нос снова прятался в толпе посиневших от холода инопланетян.
А, надо сказать, что бабы деревенские не особо Михалыча жаловали и частенько засылали к нему участкового, чтобы разогнал сборище и оштрафовал списанного на сушу мага напитков. Ну и перед новым годом решили заблаговременно, то есть с утра, повторить операцию за трезвость.
Участковый был в деревне хороший. Только сегодня тоже дежурил в Михалычевых сенях.
Бабы пошумели возле участка, и решили сами «Ерша» на абордаж брать, благо опыт в подобных делах у них присутствовал - кони на скаку, горящие избы и прочие деревенские развлечения вполне себе сформировали и решимость, и мускулатуру.
У участкового чутьё было отменное (зря чтоли почитай пять лет ни в одну неприятность не вляпывался), а потому первым почуял неладное. Окон-то в сенях не было, увидеть приближение тайфуна не представлялось возможным, но что-то подбросило представителя закона с лавки, чтобы с криком: «Полундра, мужики!» — запирать двери на засов.
Михалыч о приближении опасности был не в курсе — механизм покряхтывал, из краника капала чистейшая жидкость, а сам магистр аккуратно разливал по красивым бутылям готовый ароматный напиток.
Дверь в сени хрустнула, но сдержала могучий удар.
— А ну открывайте, инопланетяне! — раздался грозный голос Николавны, и дверь ещё раз хрустнула. — А не то обратно в космос насильственным путём попадёте! Через переломы щупалец и ходителец! Открывайте, сказано!
Синенькие, мгновенно покраснев от столь серьёзной опасности, разумно рассудив, что бабы пострашнее запретов Михалыча будут, всей толпой ломанули на камбуз, требуя защиты и политического убежища в нейтральных водах.
Михалыч как раз аккуратно заполнил последнюю бутыль и, расставив руки, встал на защиту сокровища от дрожащих нервно нарушителей.
Дверь в сени вылетела, и в проёме появилась неотвратимая, как само вселенское зло, Николавна. Из-за её спины выглядывал отряд штурмовиков в юбках, вооружённых ухватами да метёлками.
Участковому стало плохо, поскольку последнее, к чему он стремился в жизни — стать щитом между самогоном и расстроенной бабой, а тут мужички единодушно решили прикрыться органом правопорядка и выставили его поперёк камбуза.
Как на линии огня оказался Михалыч, никто не понял.
Он вытянул вперёд руки, словно успокаивал море, улыбнулся во все свои двадцать шесть зубов и две золотые коронки, издал рык счастливого учёного и, подскочив к Николавне, прижал её к своей могучей коковской груди.
Николавна от такой наглости обомлела и даже как-то ростом уменьшилась, а остальные бабы в ужасе попятились, ожидая, что вот сейчас девятый вал полностью прекратит существование до сих пор чудом сохранившейся посудины.
— Бабоньки, как вы вовремя! У нас тут с мужичками для вас новогодний подарок! Я рецепт цельный год разрабатывал, мужья ваши мне ингредиенты нужные доставляли! И вот аккурат под праздничек готово всё!
Кок нырнул за инопланетные спины и через секунду вернулся с красивой бутылью, наполненной прозрачнейшей ароматной жидкостью.
— Я назвал этот напиток «Шампань ля Николавна» в честь самой неповторимой и самой сшибающей головы женщины деревни!
Инопланетяне засуетились, стали расхватывать бутыли, дарить их своим жёнам, а Михалыч торжественно опустился на одно колено перед самой «неповторимой и сшибающей головы» и преподнёс ей рюмочку.
Николавна выпила, выдохнула, порозовела, скосила взгляд на участкового и смущённо пробасила:
— Не дело это — обмороки на камбузе. Убраться бы.
Так и справили все вместе ночь новогоднюю.
А на следующий год помимо кока на «Ерше» уже и повариха жила. Душа в душу.
(с)Я
#ленкины_сказочки #юмор #проза #творчество