Найти в Дзене
Омут памяти

Очаровательные и смешные моменты Альбуса Дамблдора

Альбус Дамблдор - великий волшебник, поэтому вполне может позволить себе быть чудаком. Иногда. Или чаще. Давайте сегодня вспомним те его причуды, которые вызывают у нас улыбку. Уверена, Альбус хотел бы, чтобы его помнили вызывающим улыбку. Сладости! Со всевозможными волшебными сладостями (не только с лимонными леденцами) у Альбуса были особенные отношения. Он любил их, любил угощать ими других, и даже пароль для входа в кабинет директора при нём всегда был каким-нибудь "сладким". Кислотные шипучки. Или тараканьи усы... что бы это ни было. Даже проверочный вопрос для проверки своей личности Дамблдор выбрал про свой любимый джем. Кстати, его любимый джем - малиновый. И неудачи со сладостями Ты можешь быть сколько угодно могущественен, но какой в этом смысл, если тебе не везёт со вкусами драже Берти Боттс? Дамблдор пробовал их дважды в жизни. Первый раз в детстве - ему попалась со вкусом рвоты. А второй раз - когда Гарри был на первом курсе. И опять не повезло - у конфетки был вкус ушно
Оглавление

Альбус Дамблдор - великий волшебник, поэтому вполне может позволить себе быть чудаком. Иногда. Или чаще.

Давайте сегодня вспомним те его причуды, которые вызывают у нас улыбку.

Уверена, Альбус хотел бы, чтобы его помнили вызывающим улыбку.

Сладости!

-2

Со всевозможными волшебными сладостями (не только с лимонными леденцами) у Альбуса были особенные отношения.

Он любил их, любил угощать ими других, и даже пароль для входа в кабинет директора при нём всегда был каким-нибудь "сладким". Кислотные шипучки. Или тараканьи усы... что бы это ни было.

Даже проверочный вопрос для проверки своей личности Дамблдор выбрал про свой любимый джем.

Кстати, его любимый джем - малиновый.

И неудачи со сладостями

-3

Ты можешь быть сколько угодно могущественен, но какой в этом смысл, если тебе не везёт со вкусами драже Берти Боттс?

Дамблдор пробовал их дважды в жизни. Первый раз в детстве - ему попалась со вкусом рвоты. А второй раз - когда Гарри был на первом курсе. И опять не повезло - у конфетки был вкус ушной серы.

Временная глухота

-4

Дамблдор был стар, мудр и достаточно давно работал директором школы. И как любой достаточно старый и мудрый человек, он знал, когда нужно притвориться рассеянным или глухим.

— Ну, конечно, Хагрид! Ты наш лучший друг! — вос­кликнул Гарри. — Неужто из-за этой дрянной... простите, господин директор, — прибавил он, виновато глядя на Дамблдора.
— Я не расслышал, Гарри, что ты сказал. Глухота при­ключилась, что ли? — ответил Дамблдор, глядя в потолок и вертя одним вокруг другого большими пальцами.

Конечно, глухота. Что поделаешь, возраст.

Необидчивость

-5

Когда ты победил Гриндевальда, открыл 12 способов применения крови дракона и стал Верховным чародеем Визенгамота, чужие сплетни и толки обижают тебя чуть меньше.

— Надеюсь, вы видели мою летнюю ста­тью о Международной конференции колдунов?
— Отменно омерзительна, — блеснул очками Дамбл­дор. — Особенно меня потешил мой собственный образ выжившего из ума болтуна.

Более того - ты спокойно можешь позволить кому-то называть тебя старым и смешным. Нет ничего плохого в том, чтобы быть старым и смешным.

— Он сказал Добби: хочешь, можешь звать меня ста­рым, глупым, смешным чудаком, сэр!

Хотя про глупость он, конечно, погорячился)))

Юмор перед лицом гибели

-6

За свою долгую жизнь Альбус пережил столько опасностей и страшных ситуаций, что мог себе позволить шутки даже стоя безоружным перед врагом.

Зная, что через несколько минут умрёт, Дамблдор ответил на вопрос Кэрроу, удивлённого, почему Альбуса было так легко обезоружить.

О, пониженная сопротивляемость организма, Амикус, замедление реакции. Короче, старость… когда-нибудь она, возможно, постигнет и вас… если вам повезет…

Конечно, тут была ещё одна цель - отвлечь Пожирателей от своего промедления. Ведь дело было совсем не в старости, а в том, что драгоценную секунду Дамблдор потратил на защиту Гарри.

Я очень люблю Дамблдора. За его мягкий юмор и самоиронию, за силу духа и за то, что ему хватало смелости принимать решения, которые не мог принять больше никто.

А за что любите его вы?