Когда микроавтобус остановился у подъезда Кати, Иван вышел первый и, как обычно, подал Кате руку. Однако в этот раз всё было по-другому. Не так, как если бы они приехали вшестером.
Уже почти стемнело, на Алексеевск опустился короткий ночной промежуток. Тёплый воздух был едва уловимо влажным. В траве надрывались сверчки, поддерживая характерную для разгара лета ночную не то симфонию, не то какофонию.
Но Катя и Ваня не обращали внимания ни на чистый ночной воздух, ни на сверчков. Стояли почти вплотную друг к другу, не в силах ни расстаться, ни заговорить. Иван коснулся кончиками пальцев нежной щеки Кати, спустился к шее, словно изучая Катю и запоминая её изгибы.
Потом положил вторую ладонь на талию Кати и притянул девушку к себе. Кажется, они целовались целую вечность, и когда Ваня с трудом отпустил Катю, оказалось, что её волосы распущены и взлохмаченны, а заколка, до этого собирающая их в "хвост", бесследно исчезла.
- Прости, - растерянно и виновато сказал Ваня, однако Катю не отпустил, продолжал прижимать к себе.
- За что? - Катя не могла отвести взгляда от ясных голубых глаз.
- За то, что не могу сдержаться и веду себя, как последний эгоист. Но с тех пор, как мы встретились на дороге три дня назад, я сам не свой.
- Мы знакомы всего три дня? - теперь заговорила растерянно Катя.
- Даже меньше. Сам удивляюсь, - улыбнулся Иван. - Как я жил до этого?
- Как?
- Не хочу думать о том, как, хотя, вроде, и жаловаться не на что. Главное, что мы встретились, и ты такая, какая мне нужна. Я опять говорю, как последний эгоист.
- Мне нравится... когда ты такой эгоист.
- А я сам?
- И ты сам нравишься. Очень.
Иван снова начал целовать Катю, но сам себя остановил.
- Пора остановиться, пока я ещё способен на это, - тяжело вздохнул он и с сожалением отодвинулся. - До завтра, Катюша!
- До завтра, Ваня!
- Как хорошо, что мы можем сказать друг другу "до завтра". Так, словно мы даём друг другу обещание, правда?
- Правда.
- Беги. А то я сейчас опять ухвачу тебя. И уже не отпущу.
- Тогда я побежала, - улыбнулась Катя.
Она почти скрылась за подъездной дверью, а потом выглянула и добавила:
- А то сама не выдержу и ухвачу тебя.
Иван бросился следом, но Катя быстро потянула двери, и металлический замок примагнитился. Катя слышала, как Ваня рассмеялся и хлопнул ладонью по двери. Бежала по лестнице и продолжала улыбаться, как блаженная.
В понедельник соревнования были только вечером, и команда показала средний результат. А во вторник было два полёта, - утренний и вечерний, - и команда "Дина" оба раза отработала блестяще.
Катя стояла у своего "Логана", который днём забрала из сервиса, а вечером сама приехала на нём на базу. Ваня, Илья, Лёня, Виталик и Петя провожали её.
- Сумерки сгущаются, - многозначительно заговорил Иван. - Как мы тебя отпустим одну? Давай я поеду следом?
- Ваня, я уже взрослая девочка, - с укоризной ответила Катя и выразительно посмотрела на него.
- Это точно, - пробормотал себе под нос Иван, тяжело вздохнул и покосился на Катю.
Вчера, так же, как и позавчера, они, прощаясь, долго и мучительно целовались у подъезда Кати, не в силах расстаться. Выдержка Ивана была на исходе. Видимо, поэтому Катя и пытается дать передышку им обоим.
Катя уже открыла было рот, чтобы в сотый раз попрощаться, теперь уж окончательно, ведь надо успеть выспаться перед утренним полётом, когда рядом с "Логаном" появился кто-то ещё.
Парни стояли лицом к Кате и спиной к девушке, появившейся словно прямо из сумерек. Девушка была высокая, прилично выше Кати, очень тонкая и стройная, с короткой стильной стрижкой на рыжих волосах и красивыми, немного раскосыми светлыми глазами.
На девушке оказалась такая же униформа, какую носили все члены команды "Дина", кроме Кати. За плечами рюкзак. В голове Кати ещё только начала формироваться догадка, когда незнакомка тихо позвала:
- Илья!
Продолжение здесь: