Нобелевскую премию по литературе получила Анни Эрно, француженка, романы которой часто обозначают как фем-литература. Отнеслись к этой премии все по-разному, Галина Юзефович, например, пишет, что это в известной степени реакционность премии – и очень сложно с ней не согласиться.
С чем мне сложно согласиться, так это с тем, что Эрно пишет фем-прозу. Да, героини Эрно – женщины. Да, автор – женщина. В итоге мы получаем злостное комбо, в котором кто-то видит фем-аспект, а кто-то – условную женскую литературу, о которой Мэг Вулицер едко писала, что это повод «повод издать ее в нелепой обложке» и поставить на специальную полку «женское для женщин» в книжном магазине. (Наблюдала, кстати, сегодня в одном столичном книжном, как книги Эрно спешно с верхней полки перемещали на козырную выкладку, чтобы не пропустить момент «распродаем книги Нобелевского лауреата»).
Эрно пишет отличный автофикшен, доказывая своим примером, что этот жанр – уже давно устоявшийся, а не внезапно ворвавшийся в литературу, как многие считают. Кстати, и до нее тому есть миллион примеров, задолго до нее. Она пишет очень вдумчивый автофикшен, в котором есть те темы, которые вскрываются сейчас – в современной истории, хотя совсем недавно казались пережитыми. Столкновение пацифизма и азарта войны – в романе «Годы» на примере французской истории. Запреты абортов и право женщины на себя - в «Событии». Социальные изменения в обществе, связанные с масштабированием городской жизни и нового социума, - в тех же «Годах» и в «Женщине».
Эрно действует из раза в раз как настоящий социальный антрополог, которые смотрит на историю через себя, через близких ей людей, что, собственно, делает эту историю живой и воспринимаемой, а не сухим конструктом «такое когда-то бывало». При этом мне очень близок ее немного рваный темп прозы и наносное равнодушие, через которое внезапно прорывается настоящая человеческая страсть, страстность, желание жить, жить собой, любовь.
Если бы меня спросили, с чего начинать читать, я бы растерялась. Но условная последовательность среди переведенного на русский для меня не бьется с хронологией автора. Я бы читала сперва «Событие», потом «Женщину», потом «Годы» (реальная последовательность – «Женщина», «Событие», «Годы», причем между романами годы и годы).
О чем это? «Событие» - Франция, 1963 год, аборты запрещены, студентка университета Анни (да, это она сама) беременеет. Она сделает аборт, но пройдет до того все отчуждение, которое можно пройти. Эрно вбрасывает во все это короткие дневниковые записи, из которых выстраивается еще одна история.
«Женщина» - роман о матери Анни. Мне кажется, великолепный роман об отношении ребенка к родителю, с детства и до старости, когда ты отдаляешься, но мама остается для тебя всегда главным связующим звеном с твоим прошлым, семьей и самой собой.
«Годы» - о семье Анни, вот здесь прямо настоящая история Франции почти через век (и история всего мира через эту призму), общества, людей, политиков, убеждений и заблуждений, а параллельно внутри этого – живые люди, которые проживают историю свой страны и этого мира здесь и сейчас. Вот пара цитат: «Внезапно возник какой-то тип из крайне правых по имени Жан-Мари ле Пен: мы его уже видели когда-то с черной повязкой на глазу»/ «С Востока шли перемены. Мы не могли нарадоваться волшебным словам «перестройка» и «гласность». Наше представление об СССР менялось, ГУЛАГ и пражские танки забывались, мы считали знаки сходства с нами» / «Все удручало. Соединенные Штаты властвовали над временем и пространством, которое они могли занимать как угодно, в зависимости от своих потребностей и интересов» / «Не успев осознать происходящее, мы погружались в страх. Какая-то темная сила просочилась в мир, готовая к самым ужасным делам во всех концах земного шара». Дальше читайте сами.
А если хотите прозы про любовь, драму, ревность и вот все такое – то можно почитать «Обыкновенную страсть». Этот роман прошел совсем мимо меня, поэтому возвращаться в этом тексте я к нему не буду.