Зачем подсвечен украинский след в убийстве Дугиной

Статья в ведущей американской газете New York Times, подтвердившая украинский след в деле убийства Дарьи Дугиной, дочери известного российского философа, вызвала в нашем обществе некое радостное оживление. Мол, вот даже американцы, что всеми силами на стороне Украины, вынуждены признать очевидное.

Действительно, трудно было после рассекречивания информации нашей контрразведки продолжать утверждать, что причиной взрыва автомобиля с молодой, подающей большие надежды женщиной были некие денежные расчеты или околонаучные чисто российские разборки. Другое дело, что в очередной раз мы так и не узнали, какие головы полетели после того, как наутро после покушения и после широко разошедшейся информации на нашей границе легко выпустили в Эстонию украинку на автомобиле даже без попытки дополнительно выяснить ее личность.

Но это, как говорится, совсем другая история. Между тем появившиеся утечки свидетельствуют о том, что западные кураторы не одобрили бесконтрольного проведения силами боевиков, подготовленных с помощью западных же специалистов, широкой программы террора на территории России против наших политиков и журналистов. А то, что в рамках украинского Главного управления разведки (ГУР) существовало специальное подразделение ликвидаторов, которое условно можно назвать «группа Натальи Вовк» — по имени выявленной террористки, — так это давно секрет Полишинеля.

Иными словами, пока наши представители ратовали за безусловное выполнение статей Минских договоренностей, в Киеве при помощи инструкторов из Британии, Израиля и Турции не просто готовились к полномасштабной войне, учились заранее переходить на натовские стандарты, но еще и основательно готовились и к другой войне — террористической. В том числе, видимо, и с опорой на завербованную и законспирированную у нас дома «спящую агентуру».

Но, как говорится, что-то пошло не так. Может быть, действительно запоздало, но все-таки четко сработали наши спецслужбы, которые быстро выявили и исполнительницу, ее маршрут и, как минимум, одного ее пособника. А такой серьезный прокол обычно не прощается. И речь идет не столько о судьбе исполнителей, сколько о карьерах их киевских, да и западных кураторов. Тем более что и использование в этой операции еще и несовершеннолетней дочери также выглядело откровенно аморально. Даже по меркам «рыцарей плаща и кинжала».

А тут еще наши хакеры сумели проникнуть в святая святых украинской внешней разведки, взломав файлы с именами и краткими досье на штатных работников, активно действующих во многих странах под крышами посольств и прочих представительств. Так что нельзя было исключать риск того, что и имена боевиков станут достоянием гласности. А потому, видимо, террористический раж украинского воинства на Западе решили пока приглушить. В Киеве же поспешили обрубить концы, слив «спецподразделение».

Видимо, еще и потому, что такой индивидуальный террор считается признаком слабости, а сейчас под фанфары украинская армия, не считаясь с потерями, идет вперед. А потому, прикинули за океаном, не надо обесценивать пропагандистский эффект от нынешних действий ВСУ.

Ну, а публикация в NYT — это явно не проявление тамошней свободы слова или отваги расследователей, а сигнал, направленный, прежде всего, Кремлю, который мог бы в ответ (ну хотя бы в теории) начать охоту за украинскими политиками.

Надолго ли украинский террор поставят на паузу? Вопрос чисто риторический. Топор-то, он всегда тут, под лавкой.