Федя твёрдо держал трепыхающуюся добычу за потные запястья, но не двигался с места, комично замерев на фоне идеально выполотых клумб. Марфа наконец пихнула его носком в голень и здоровяк чуть отпрянул, но девушку не отпустил и укоризненно рявкнул:
— Ты чего, сдурела? Больно же!
— Отпусти тогда!
— Сделаем так, — он развернул Марфу и демонстративно подтолкнул к гранитным ступеням особняка, — если тебе так не терпится идти сюда, я пойду с тобой за компанию.
— Нет, не пойдёшь! — она топнула ногой от бессилия, впервые дико жалея, что не может просто приказать ему исчезнуть, скрыться куда-нибудь на край земли.
— Внимание, я тебя сейчас отпускаю, — чуть насмешливо предупредил Федя и тут же ослабил захват, показывая, что больше не будет применять грубую силу.
Марфа осталась стоять столбом, как сломанная игрушка, и растерянно хлопать ресницами. Бежать самой теперь не было смысла — он ясно дал понять, что последует за ней по пятам. Гневно всплеснув руками, она зашагала ко входу, хотя пару раз всё же немного замедлилась, словно сомневаясь, а не дать ли на всякий случай стрекача. Но церемонно переступила порог, даже не разжав стиснутые почти до судорог зубы.
Вера же не сводила хищных глаз с мужчины, пока тот ввалился в просторный парадный зал и восхищённо присвистнул, разглядев великолепную по всем статьям главную лестницу, по которой уже неторопливо спускался хозяин дома. Приосанившийся и прямой, точно это не его недавно еле затащила наверх прислуга.
— Прекрасно, просто прекрасно! — Фил сиял от радости, будто пожаловали самые дорогие ему люди на планете, — Верочка, что же ты заснула, проводи в наших милых гостей в зелёный кабинет.
Вера отмерла и с выверенным изяществом поплыла к названной комнате, отведя в сторону полотно двери. Старик зашёл последним и расположился на одном из чопорных стульев, с умилением рассматривая слишком крупного для подчёркнуто неудобной мебели Федю, севшего по правую руку от Марфы и каждой клеткой своего тела показывающего, что он готов ринуться на защиту своей подопечной. Вера вытянулась в струнку подле хозяина, но по-прежнему сверлила глазами напряжённую до предела мужскую фигуру.
— Федя, мы уже раньше встречались, но мне очень приятно видеть вас у себя в гостях. Марфа не очень много о вас рассказывала, но у меня почему-то всё же сложилось приятное впечатление, что вы подружились. Друзья Марфы — мои друзья, так что… добро пожаловать.
— Вы её не тронете, — чуть хрипло сообщил Федя, предупреждающе сжав пальцы на подлокотниках.
— И в мыслях не было! Она мне как дочь. Или внучка… Да, Марфа? Ты же не скрывала, что у нас за отношения?
— Он знает, — чуть слышно выдавила Марфа.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Вот как? — Фил приподнял одну бровь с выцветшими куцыми волосинками. — И что же он знает?
— Что именно мы собирались с ним сделать.
— Собирались? Сказано в прошедшем времени, — Фил улыбнулся снова, — то есть мы больше не собираемся это делать?
— Нет, Фил. Вы не будете перемещать Федю в того новорожденного. Будущего новорожденного, — поправилась Марфа с каменным лицом, — или любого другого малыша. Он останется в этом теле.
— Понял. Могу я узнать, почему? Хотя, полагаю, это довольно очевидно, — Фил затрясся тихим стариковским смехом, — но всё же вынужден уточнить, для протокола. Так какая причина?
— Я… — Марфа запнулась, — я не хочу, чтобы ему стирали память.
— И?..
— Ты сам сказал. Он — мой друг, — Марфа расправила плечи и с вызовом уставилась на Фила, а Федя на миг отвлёкся от старика, стрельнув изумлёнными глазами в только что бузившую девушку.
— Друг — это звучит прекрасно, — раскатисто и одобрительно протянул Филипп Давыдович, — так что это вполне убедительная причина, признаю. Вы за этим и пришли? Объявить о вашей… дружбе?
— Нет, — Марфа вдруг взъярилась, точно глубоко внутри разжалась давнишняя пружина, мешавшая говорить свободно, — вообще-то я пришла узнать, что вы сделали с Таней. Вы же с самого начала знали про побег? Про то, что я сделала? И решили, что она тоже догадалась? Она ведь догадалась в конечном итоге, да?
— Марфа, — Фил невозмутимо задрал подбородок, — ты переоцениваешь умственные способности своей бывшей подруги. Она не могла бы догадаться без посторонней помощи.
— И этой помощью стала моя мать? — Федя ещё яростнее обхватил подлокотник.
— Твоя мать… В твоём случае, дорогой мой друг, это звучит не вполне однозначно. Мы же говорим о Маше? О нашей дорогой Марии Захаровне?
— Да.
— Так она тоже знает наш маленький секрет? — заинтересованно выдохнул Фил. — Получается, это не такой уж и большой секрет, раз здесь сейчас собралось столько информированных лиц.