Замахнусь я, пожалуй, на святое. Поразмышляю о том, что в Конституции названо носителем суверенитета и единственным источником власти в РФ, о народе. Что такое НАРОД, вообще? Упрощëнно, это все 145 миллионов российских граждан, включая младенцев и стариков. Если углубиться, то сумма уменьшится, останутся лишь дееспособные, имеющие право голоса, для принятия важных решений. Ближе к истине будет, совсем уж урезанное количество от первоначального числа - только те, кто проявляет правовую и гражданскую активность, хотя бы те же выборы и референдумы не игнорирует. Или, может (хоть мне и кажется, что это не наш народ), наоборот выборы и остальные правительственные мероприятия игнорирует, зато не пропускскает ни одно оппозиционное.
А остальные? Формально, разумеется, народ, все признаки народа налицо. Но ведь эти люди, по большому счëту своим правом быть носителем суверенитета (даже для меня сложная формулировка) и источником власти манкируют. Они даже не делегируют их своим представителям. Депутатам, губернаторам, Президенту. То есть, люди сами себя поражают в правах, это тоже - их право. Согласен, тавтология это некрасиво. Зато жизненно.
То есть, некая часть нашего общества, искренне считая себя народом (а вы спросите), по сути, всего лишь обыватели, бюргеры, мещане, толпа. Это не хорошо и не плохо, это констатация факта. И в этом вообще не было бы никакой проблемы. Человек слаб по своей природе, он любит сладко есть, мягко спать, инстинкту размножения подчиняться, желательно, от самого размножения оберегаясь. Вот совсем ничего нового под луной, так было тысячи лет. Одна разница - толпа каких-нибудь финикийцев не была источником власти. Точно такая же в РФ, является им.
Теперь о том, почему обыватель гораздо опаснее для государства, чем человек политизированный хоть сколько-нибудь. В обычное мирное время, что для России, само по себе нонсенс, ведь мы постоянно вынуждены отбивать атаки экономические, политические, террористические, существует некий общественно-политический консенсунс, когда картина почти стабильна. Плюс-минус некие идеологические вбросы, при полном вакууме самой идеологии. Бюрократам с того - только радость, не надо голову ломать, как соответствовать мировоззрению начальства. Начальник в Церковь и эти подсвечниками, начальник к Стене Плача пойдëт в гостях, эти все кипы нацепят. Уверен, в кабинете ксждого чиновника есть книга философа Ильина с неразрезанными страницами. А что народ?
Народ кучкуется по интересам, активные граждане заняты своей общественной жизнью, пассивные личной. Когда возникает некая проблема в государстве и мире, неважно реальная или вымученная, как ковид, активные тут же включаются. Большинство активных занимается волонтëрством, продукты и лекарства немощным развозят или собирают на военную амуницию для Донбасса, то есть заняты делом. Антироссийское меньшинство заняты своими делами, протесты устраивают, деньги для врагов собирают, тусуются, короче. Аморфная же толпа, которая в трудные времена тоже просыпается, частью, присоединяется, но в основном, так и остаëтся наблюдателями. Просто возрастает активность в соцсетях и мессенджерах. Стадное чувство сопричастности опьяняет не меньше алкоголя. Можете назвать это всплеском патриотизма, имеете право, но мне ближе суть явления. А она такова, что эмоции, как положительные так и отрицательные это наркотик, к которому легко привыкаешь. И смена плюса на минус для тебя, лично, не важна. Важна сопричастность. Сегодня ты поëшь "осанна", завтра будешь кричать "распни". С одинаковым счастьем. Это толпа, она живёт по своим законам. Сегодня толпе сообщили о победах, она искренне радуется, будто сама сделала для победы хоть что-то. Лидера государства люди несли бы на руках, позволь он им это. Назавтра ей сообщают, что победы сами по себе не происходят, враг сам себя не денацифицирует и не демилитаризирует. Надо будет малой части толпы поучавствовать, приблизить Победу добра над злом. И сразу истерика: "А нас за шо? Нам и с дивана всë видно." Понять то людей можно, как-никак не чужой какой-то парень под пули и снаряды пойдëт, а ты сам или твоя кровиночка. Тяжело, по себе знаю. Но ты же вчера визжал от восторга, что кто-то эту нечисть уничтожает, сегодня то, что случиллсь? Почему глава государства для тебя не кумир больше, почему ты его больше не обожаешь?
А на третий день толпе уже сообщают, что бандитов, казнью которых она мечтала насладиться, выпустили. Правда, в обмен на настоящих героев, которых нелюди истязали долгое время. Но вы же нам обещали! Как же так? Мы вам верили, все задницы смозолили у телевизоров, в ожидании возмездия. А вас купили наверняка, вы вообще всё слили. И снова истерика, а рейтинг власти упал ниже плинтуса.
Разумеется, всё вышеописанное относится не к народу, а к толпе, к обывателям. Та, малая часть народа, которая активная, она не колеблется, как флюгер, у народа позиция есть. Даже у той части, которая против и народа и государства. Проблема в том, что когда необходимо государство рарушить, ищут подходы к сердцу именно обывателя. Далее идëт воздействие, бьют в нужную точку и, в конце концов толпа, почувствовав сопричастность идëт сносить памятник Дзержинскому или ещё какое-нибудь бессмысленное, но разрушающее действие творит. Назавтра он этим будет гордиться, послезавтра забудет. А через несколько лет будет орать: "Сволочи, какую страну развалили".
Закон толпы. Но толпа это часть народа. Носителя суверенитета и источника власти. Какой народ, такой и суверенитет. Мы никогда не сможем исправить обывателя. Не такие, как мы старались. А вот найти идеологию для народа, единую или пусть несколько невзаимоисключающих, государство обязано. Иначе всë зря.