Он со свистом затянул очередной узел, стараясь спрятать нестерпимую боль в мозолистых руках. Увидевший даже тень неудовольствия диктатор мог вытащить беднягу из общего ряда таких же, как он, узников и подвергнуть жестокой каре: лишению пищи и многочасовой заунывной проповеди о великой миссии, что они несут. "Мы несём радость и счастье!" - рокотал поработитель утробным голосом изо дня в день, из года в год, из века в век. Уставший рабочий снова подумал о том, что не всякое долголетие является благом - порой это лишь растягивание страданий. Он был не один. Тысячи таких же ослабевших помощников трудились в ледяных чертогах, о которых все знали, но никто никогда не видел. Там, где всегда царит холод, и кристаллы льда болезненными осколками покрывают конвейер, трудятся вековые трудяги, пожизненно выполняя волю своего господина. Согреться от вечной стужи не удавалось даже работникам угольных ям, неистово копавших уголь для тех, кто не достоин. Могучий колдун, опасавшийся жара, сделал уголь