Луиза улыбалась и тянула к нему красивые, накаченные руки. Савва, преодолевая невидимую силу – будто держал его кто-то сзади за плечи, не давая двигаться быстрее, потянулся к ней в ответ, но руки Луизы превратились в острые, чёрные ножи. Они кололи тело юноши. Савва посмотрел на себя. На месте уколов не было ни крови, ни ран. – Просыпайся, бандит! Хорош дрыхнуть. Пора за дела отвечать, – услышал Савва густой голос сквозь сонную пелену. Луиза и её чёрные руки-ножи побледнели, истончились, пока, наконец, совсем не растаяли. Савва Куницын открыл серо-голубой глаз и увидел над собой красное, обветренное лицо дружинника из личной охраны великого князя. Савва открыл второй, карий глаз и приподнял голову. Ещё один дружинник стоял у первого за спиной. Оба – великаны, былинные богатыри. – За какие ещё дела? – спросил Савва. Он встряхнул головой, прогоняя остатки сна. – За убийство. Вот за какие дела, – сказал первый дружинник. Он дёрнул парня за руку, поднимая со складной, походной койки. Савва