Осенью приходится встречаться с экзистенциальным одиночеством. А весной с человеческим. Может поэтому люди трудно проживают весну и осень.
Весной настойчиво стучится в жизнь тугая жажда жить и размножаться. Поэтому болит личное одиночество, если рядом нет близкого человека. Осень природа начинает умирать, напоминая о том, что это неизбежно. Птицы пропадают, листья жухнут, утром на траве появляется изморозь, комната проветривается за 10 минут и хочется открытого огня и яблок. И как-то удержать уходящую сквозь пальцы жизнь.
Люди часть чего-то целого, и каждый несет в себе эту искру. Ее иногда на видно и так даже проще. Оно не беспокоит. Но когда становится по-осеннему тихо все сплывает и возникает не утолимая тяга к чему-то за горизонтом, там куда улетают листья с деревьев и откуда они весной возвращаются. Становится поняло, что никто из людей не может пройти твой путь, понять тебя и быть с тобой одним целым. Ты один на этом пути и при этом часть чего-то неизмеримого.
Как ни странно, проживается экзистенциальная тоска в одиночестве. Пойти в шум, чужое веселье и отвлечься не получится. С этим можно только быть, не уходя и тогда становится грустно, но почему-то светло.
На этом основан механизм многих зависимостей: заглушить голос вот этой тяги чем-то: работой, едой, алкоголем.