Томский судья Александр Левберг, обещавший вести подрывную деятельность в революционной юстиции, после стал председателем Совнаркома. То, как причудливо тасовалась колода жизни слуги Фемиды на фоне неоднозначных политических событий, проследил в своей статье историк ТюмГУ. Исследование позволяет дополнить представления о механизмах революционных трансформаций, внести вклад в объяснение закономерностей функционирования государственно-правовых систем и умножить знания о поведении человека в условиях глубокого социально-политического конфликта.
В работе, в частности, сказано, что в 1917 году советская власть приступила к внедрению новых форм государственных и правовых отношений. Прежняя юстиция подлежала уничтожению, сопровождавшемуся применением насилия, приводившему к расколу в судейском сообществе и существенным изменениям в правовой культуре юристов-практиков, которые были поставлены в ситуацию неизбежного политического и профессионального выбора.
В статье тюменского ученого через призму жизненной истории одного судьи – Александра Левберга – выявлены служебные траектории сибирских судебных деятелей, поступивших на работу в советские учреждения, мотивы таких поступков и дана оценка применявшимся репрессивным мерам.
Исследование позволяет дополнить представления о механизмах революционных трансформаций, внести вклад в объяснение закономерностей функционирования государственно-правовых систем и умножить знания о поведении человека в условиях глубокого социально-политического конфликта.
Так, Александр Левберг по приходу после советов к власти Временного Сибирского правительства перед собранием Томского окружного суда выставлял себя последовательным противником большевиков, и свое поступление на службу к ним объяснял желанием покончить с советами, совмещая решение этой задачи с выполнением перед народом судейского долга.
После свержения большевиков служащие судебных ведомств подвергались преследованию. Несмотря на враждебное к себе отношение со стороны общественности и коллег, им удалось избежать сурового наказания: классифицировать их деяния как преступные не позволяла правовая база, а репрессии за нравственный и политический выбор закон не предусматривал.
Поэтому в отношение героя статьи была принята «мягкая» мера: перемещение члена Томского окружного суда Александра Левберга на аналогичную должность в Тобольский окружной суд в условиях эскалации Гражданской войны в сентябре 1918 года состоялось как наказание за «нарушение товарищеской солидарности».
Однако знание дальнейшей биографии Александра Левберга не позволяет положиться на искренность его следственных показаний: по окончании Гражданской войны Левберг служил народным судьей седьмого района Томска, пока не получил должность в Совнархозе.
Тюменский исследователь делает вывод, что судебная власть приняла вызов большевиков безоружной, готовой под воздействием революционного натиска к разрушению собственной монолитности. Она была организацией утрачивавшего авторитет и контроль над страной правления. Имея в своем арсенале лишь орудие законности, малопригодное в условиях войн и революций, судебная власть демонстрировала неспособность противостоять насилию и удерживать сотрудников.
Статья профессора кафедры истории и мировой политики доктора наук Евгения Крестьянникова «Томский судья Александр Левберг: Грани пособничества большевикам в начале гражданской войны» вышла в журнале Quaestio Rossica.