Тенденции детородного возраста продолжают меняться вместе со средним возрастом родителей при первых родах, который неуклонно растет в промышленно развитых странах (Braverman, 2017; Martin et al., 2019; Австралийский институт здравоохранения и социального обеспечения, 2020; ONS, 2021). В Великобритании в 2019 году было 2390 родов у женщин в возрасте 45 лет и старше, по сравнению с 1619 десять лет назад. Эта тенденция была усилена вспомогательными репродуктивными технологиями, которые увеличивают шансы женщин позднего репродуктивного возраста иметь ребенка. По данным Управления по оплодотворению и эмбриологии человека, средний возраст пациента, использующего ЭКО, в 2018 году составлял 35,3 года (Human Fertilization and Embryology, 2020). В 2018 г. у пациентов в возрасте 40–42 лет более высокая вероятность живорождения по сравнению с пациентами в возрасте до 35 лет в 1991 г., с показателями успеха 11% и 9% на перенос эмбриона соответственно (HFEA, 2020). Донорские яйцеклетки могут привести к более высокой частоте живорождений у пациентов позднего возраста (HFEA, 2020).
Последствия влияния возраста родителей на акушерские и педиатрические исходы хорошо изучены (Bouyer et al., 2003; Farr et al., 2007; Vohr et al., 2009; Vaughan et al., 2014); однако относительно мало известно о влиянии преклонного возраста родителей, когда дети находятся в раннем и среднем детстве. Исследования, в которых изучался поздний возраст родителей в контексте изучения раннего детства, были сосредоточены почти исключительно на его связи с физическими и психоневрологическими исходами у ребенка, такими как расстройство аутистического спектра (Glasson et al., 2004; Wu et al., 2017), шизофрения (Buizer-Voskamp et al., 2011; Byars and Boomsma, 2016) и синдром дефицита внимания с гиперактивностью (Chudal et al., 2015; D'Onofrio et al., 2017; Maitra and Mukhopadhyay, 2019).
Более того, исследования позднего возраста родителей, как правило, сосредотачиваются на матерях, хотя сдвиг в сторону отцов в последние годы имеет место (Saha et al., 2009; Byars, Boomsma, 2018). Датское когортное исследование выявило повышенный риск психических расстройств у детей пожилых отцов (старше 45 лет) (McGrath et al., 2014). Было обнаружено, что пожилой отцовский возраст связан со снижением фертильности, некоторыми видами рака и шизофренией (Bray et al., 2006).
Напротив, исследования, изучающие связь между возрастом матери и исходом для ребенка дали смешанные результаты. Австралийское когортное исследование показало, что материнство в более старшем возрасте было связано с небольшим повышенным риском для детей в возрасте 5 лет в отношении их физического здоровья, благополучия, социальной компетентности и эмоциональной зрелости (Falster et al., 2018). Однако в исследовании, в котором изучались данные двух крупных когорт Великобритании, был сделан вывод о том, что увеличение возраста матери связано с улучшением здоровья и развития детей в возрасте до 5 лет (Sutcliffe et al., 2012).
В Дании поздний материнский возраст был связан с меньшим количеством поведенческих и социально-эмоциональных проблем у детей в возрасте 7 и 11 лет, хотя и не в возрасте 15 лет (Trillingsgaard and Sommer, 2016).
Было высказано предположение, что родители позднего репродуктивного возраста могут испытывать более низкие уровни социальной поддержки, поскольку их друзья и семья будут относительно старше и, следовательно, потенциально менее доступны или менее способны оказать помощь (Борнштейн и др., 2006; Мак Дугал и др., 2012). Более того, пожилым родителям может быть труднее удовлетворять физические потребности воспитания маленьких детей, и они могут быть более озабочены вопросом собственной смерти, чем более молодые родители (Dobrzykowski and Stern, 2003; Braverman, 2017; Meyer, 2020). Все эти факторы могут иметь последствия для психологического здоровья пожилых родителей, что, соответственно, может негативно сказаться на ребенке.
Качественные исследования выявили некоторые недостатки, связанные с пожилым отцовством. В исследовании Mac Dougall et al. (2012) матери позднего репродуктивного возраста (≥ 40 лет), сообщили, что у них меньше энергии, чтобы посвятить себя воспитанию своих маленьких детей (средний возраст 3,5 года). Несмотря на то, что отцовство в пожилом возрасте становится все более распространенным явлением, сообщалось о значительной стигме в отношении родителей в более старшем возрасте, особенно в отношении материнства (Campo-Engelstein et al., 2016). Представление в СМИ пожилых родителей как «эгоистичных» и «опасных» может повлиять на их психологическое благополучие (Campo-Engelstein et al., 2015; Jarvie et al., 2015). В нескольких качественных исследованиях задокументирован опыт стигматизации пожилых родителей из таких источников, как друзья или знакомые (Friese et al., 2006; Jarvie et al., 2015) и медицинские работники (Nottingham-Jones et al., 2020; Meyer, 2020). Мак Дугал и др. (2012) обнаружили, что пожилые родители ожидали, что их дети будут подвергаться насмешкам в будущем за то, что у них были пожилые родители.
Качественное исследование 20 матерей позднего возраста (средний возраст при рождении 45 лет) показало, что матери воспринимали свой пожилой возраст как негативное влияние на их отношения с ребенком и на методы воспитания (Chen and Landau, 2015). Сообщалось, что матери в этом исследовании представляли своих детей «озабоченными» смертностью своих родителей, что, по-видимому, влияло на отношения между матерью и ребенком.
И наоборот, пожилые родители могут выиграть от большей финансовой стабильности и гибкости рабочего места, чем более молодые родители (Mac Dougall et al., 2012). Более того, было высказано предположение, что пожилым родителям может быть свойственна большая психологическая зрелость (Camberis et al., 2016) и готовность к выполнению родительских обязанностей (Proudfoot et al., 2009; Mac Dougall и др., 2012). Было обнаружено, что пожилые отцы более активно участвуют в воспитании детей, чем младшие (Cooney et al., 1993), а пожилые матери чаще делят родительские обязанности со своими партнерами и больше полагаются на них в раннем младенчестве ребенка (Bornstein и др., 2006). Одна из трудностей, связанных с выводами из опубликованных исследований о воспитании детей и возрасте, заключается в отсутствии единого мнения о том, какой возраст представляет собой «пожилое родительство», что затрудняет сравнение результатов разных исследований (Boivin и др., 2009). Для матерей порог для того, чтобы быть классифицированным как мама позднего возраста, впервые родившая ребенка, колеблется от 30 лет (Fergusson and Woodward, 1999) до более чем 40 лет (Oldereid et al., 2018).
В журнале RBMO опубликовано исследование, изучившее семьи, которые использовали донорские яйцеклетки для лечения бесплодия.
В Великобритании нет юридических ограничений на возраст для лечения бесплодия; клиники могут устанавливать свои ограничения с учетом рисков лечения. Таким образом, сосредоточение внимания на семьях, которые использовали донорство яйцеклеток, дает возможность изучить, как женщины позднего материнского возраста, т. е. в возрасте 45 лет и старше, испытывают родительство, и отличаются ли они от более молодых родителей в отношении психологического здоровья, качества отношений в паре и адаптации ребенка.
Насколько известно, только в одном исследовании изучалась взаимосвязь между возрастом родителей и исходами у детей, рожденных после вспомогательной репродукции. Опрос, проведенный Boivin et al. (2009) изучал связь между возрастом матери (<31 года, 31–38 лет и >38 лет), семейное окружение, благополучие родителей и детей среди семей с ребенком в возрасте 4–11 лет (в среднем 7 лет). В исследование были включены матери и отцы, использовавшие вспомогательные методы зачатия, в том числе ЭКО, интрацитоплазматическую инъекцию сперматозоидов и донорскую сперму, и было обнаружено, что пожилые матери и отцы сообщали о меньшей теплоте по отношению к своему партнеру и более выраженных депрессивных симптомах, чем более молодые группы родителей. Что касается исходов для детей, исследование не обнаружило различий в благополучии детей у детей более старшего и младшего возраста, что привело к выводу, что использование вспомогательного зачатия в более старшем возрасте не было связано с негативными последствиями для ребенка (Boivin et al., 2009).
Хорошо задокументировано, что лечение бесплодия может вызвать психологическое напряжение, которое может уменьшить психологические ресурсы родителей, когда они в конечном итоге станут родителями (Redshaw и др., 2007). Исследования, в которых сравнивали воспитание детей в семьях, в которых есть дети, рожденные с помощью ЭКО, с теми, в которых есть ребенок, рожденный после естественного зачатия, показали, что матери, перенесшие ЭКО, возможно, были менее уверены в своей родительской роли в первые месяцы жизни.
Однако к школьному возрасту различия между семьями, перенесшими ЭКО, и семьями, зачавшими естественным путем, имели тенденцию к более позитивному воспитанию среди родителей, перенесших ЭКО.
Эти улучшения могут быть результатом того, что родители после ЭКО проявляют большую приверженность воспитанию детей, учитывая их долгое ожидание рождения ребенка. Родители, которые используют ЭКО, как правило, имеют более высокий социально-экономический статус, учитывая, что лечение может быть дорогостоящим (Imrie et al., 2021). Таким образом, матери и отцы, ставшие родителями после вспомогательной репродукции, могут иметь другой опыт, чем родители, зачавшие естественным путем.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ
Участники: Исходная выборка из 85 семей, которым проводилось ЭКО с донорскими яйцеклетками, были набраны через 12 клиник по лечению бесплодия в Великобритании. Более подробную информацию о наборе можно найти в Imrie et al. (2019а).
Эти семьи исследовались, когда ребенку был 1 год, вместе с группой сравнения из 65 семей, которые зачали с помощью ЭКО с собственными гаметами. О результатах первого этапа исследования сообщалось в другом месте (Imrie et al., 2019a; 2019b; 2020). Семьи оценивались, когда ребенок был в возрасте 5 лет. Данные о взглядах детей на свои отношения с родителями в возрасте 5 лет были опубликованы в другом месте (Imrie et al., 2021).
В этой статье представлены данные только о семьях, использовавших донорство яйцеклеток.
Обученные психологи посетили семьи на дому. Данные собирались с помощью стандартизированных интервью и анкет. Матери и отцы были опрошены отдельно с использованием полуструктурированного интервью, в котором оценивались качество воспитания и опыт, связанный с донорством яйцеклеток.
ПОЛУЧЕННЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ
Большинство матерей и отцов были родителями впервые (58 [80,6%] матерей и 52 [72,2%] отцов). Матери были в возрасте от 32 до 51 года, а отцы — от 31 до 61 года на момент рождения целевого ребенка. У матерей в возрасте 45 лет и старше чаще уже имелись дети, причем 8 из 14 (57,1%) матерей с предыдущими детьми были в возрасте 45 лет и старше. Также была обнаружена связь между возрастом отцов и предыдущими детьми (хи-квадрат [2, 72] = 7,12; P = 0,037), у 10 из 20 отцов в возрасте 45 лет и старше(50%) уже был ребенок. Возраст матери сильно положительно коррелировал с возрастом отца (Pearson r = 0,56; P <0,001). Все родители определили свою этническую принадлежность как белые. Характеристики выборки можно увидеть в ТАБЛИЦЕ 1.
Разбивка по возрастным категориям количества циклов ЭКО, которые прошли пары для зачатия ребенка, и количество времени, затраченного в месяцах, представлены в ТАБЛИЦЕ 2.
Ни одна из переменных не коррелировала с материнским возрастом.
Психологическое здоровье родителей
В целом, 15 (22,7%) матерей и 15 (24,6%) отцов имели клинический порог депрессии или выше его, а восемь (12,1%) матерей и 10 (16,4%) отцов имели баллы выше порога высокого уровня тревожности. 21 (34,4%) мать сообщила об удовлетворенности отношениями ниже среднего, в том числе 5 (8,2%) матерей, которые сообщили о серьезных проблемах в отношениях, и 3 (4,9%) матери которые сообщили об очень серьезных проблемах в отношениях. 6 (10%) отцов сообщили о средней удовлетворенности отношениями, а 12 (20%) отцов сообщили об удовлетворенности отношениями ниже среднего.
Медиана и межквартильный диапазон для переменных психологического здоровья родителей представлены в ТАБЛИЦЕ 3.
Значимые различия по возрасту были обнаружены для среднего родительского стресса (H [3] = 13,79; P = 0,003), среднего уровня удовлетворенности отношениями (H [3] = 11,66) P = 0,009) и средней тревожности (H[3] = 7,65; P = 0,054), но не для средней депрессии (H [3]= 5,92; P = 0,115). U-тесты Манна-Уитни, сравнивающие родителей в возрасте 45 лет и старше с каждой из более молодых возрастных групп, показали, что пожилые родители испытывают больший родительский стресс, чем родители в возрасте 35 лет и младше (U = 24,0; P = 0,006) и 41–44 года (U = 127,5; P = 0,014).
Что касается удовлетворенности отношениями, родители в самой старшей возрастной группе испытывали более низкую удовлетворенность отношениями по сравнению с родителями в возрасте до 35 лет (U = 26,0; P = 0,011) и в возрасте 41–44 лет (U = 97,5; P = 0,006). По тревожности ни одна из младших групп существенно не отличалась от родителей в возрасте 45 лет и старше.
Мысли и чувства родителей по поводу возраста в связи с выполнением родительских обязанностей: Две трети имеющихся расшифровок (48/72 интервью матерей и 37/56 интервью отцов) были выбраны для анализа случайным образом. Из них 31 (64,6%) мать и 19 (51,4%) отцов указали свой возраст в связи с воспитанием детей в ходе интервью. Упоминался ли возраст во время интервью по возрасту родителей, представлено в ТАБЛИЦЕ 4.
Опыт пожилых родителей
Комментарии родителей об их возрасте в связи с выполнением родительских обязанностей были сгруппированы по пяти всеобъемлющим темам: «здоровье и смертность», «предоставление и получение поддержки», «лечение и возраст», «положительные аспекты воспитания в пожилом возрасте» и «другое» (ТАБЛИЦА 5). ).
Здоровье и смертность
Около четверти матерей и отцов беспокоила собственная смертность и будущее их ребенка без них, причем 8 (25,8%) матерей и 5 (26,3%) отцов говорили о своем возрасте, упомянув об этом.
Отец в возрасте 48 лет при рождении ребенка: «Вероятно, единственное, о чем я беспокоюсь с (ребенком), это тот факт, что я знаю, что я и (партнер), очевидно, немного старше, чем средний родитель. Итак, я думаю, как вы знаете, если бы у кого-то из нас был внезапный приступ ухудшения здоровья или чего-то похуже, она могла бы остаться с трудностями в раннем возрасте».
Мать в возрасте 50 лет при рождении ребенка: «Да, дело в том, что мы стали старше, так что вы знаете, мы не собираемся быть здесь во веки веков, и эм, так что да, как, как она собирается справляться с этим и, эм, да сможет ли она пройти это?
Только 2 (6,5%) матери и 1 (5,3%) отец испытывали проблемы со здоровьем, которые, по их мнению, влияли на их воспитание. Родители также говорили о чувстве усталости и медлительности: 4 (12,9%) матери и 8 (42,1%) отцов прокомментировали это.
«…быть пожилым родителем было большим преимуществом, но в то же время быть пожилым родителем бремя, потому что мы подходим к той стадии, когда мы проработали более 20 с лишним лет, и мы не такие упругие, какими мы когда-то могли быть в жизни...»
В ходе интервью некоторые родители (5 [16,1%] матерей и 3 [15,8%] отцов) упомянули о желании получить конкретную помощь в воспитании детей старшего возраста или получить конкретную поддержку. Другие родители (2 [6,5%] матери и 3 [15,8%] отца) говорили о советах другим:
Отец в возрасте 53 лет при рождении ребенка: «Иногда к нам приходили другие, как правило, женщины в возрасте около сорока лет, говорящие: «О, вам так повезло, что у вас есть ребенок и тому подобное, и мы объясняем, что это ЭКО, и они никогда даже не думали об этом».
Меньшее количество родителей говорили о том, что их дети имеют более старших бабушек и дедушек из-за их собственного более старшего возраста. Несколько родителей упомянули о том, что их осуждают за то, что они пожилые родители, или поставили под сомнение свои собственные родительские навыки из-за своего возраста:
Мать в возрасте 43 лет при рождении ребенка: «...не так давно с кучей молодых... ну, молодых мам... которые обсуждали, что ты не настоящая мама, если у вас было ЭКО, и вы определенно не настоящая мама, если у вас есть кесарево сечение и вы не кормите грудью. Ну, знаешь, у меня было ЭКО и кесарево сечение, и я не кормила грудью, то есть… Я просто ушла, ха-ха».
Гораздо больше матерей, чем отцов (13 [41,9%] матерей и 3 [15,8%] отцов) говорили о невозможности иметь больше детей в силу своего возраста. Для некоторых эти обсуждения стали весьма эмоциональными:
Мать в возрасте 41 года при рождении ребенка: «Хм, и я просто хочу, чтобы нам дали возможность раньше(плачет), потому что их могло быть больше одного, и у нас есть замороженный эмбрион, но из-за нашего возраста мы приняли решение не планировать больше детей».
Некоторые родители, как и мать в приведенной выше цитате, также упомянули, что хотели бы стать родителями раньше. Одна мать и один отец рассказали о преимуществах наличия более молодого донора яйцеклеток. Это включало понимание того, что будет меньше рисков, связанных с беременностью.
Несколько родителей говорили о положительных аспектах воспитания детей старшего возраста; в основном это большая приверженность, которую они могли взять на себя в воспитании детей, поскольку они чувствовали, что прошли этап в своей жизни, когда они общались или гуляли. Например,
Мать в возрасте 39 лет при рождении ребенка: «Да, потому что мы замечаем, что другие родители хотят жить по-своему, как это было до того, как у них появились дети, или они хотят много гулять и все такое, вечеринки или что-то еще, я не знаю, потому ли это, что мы стали старше, или потому, что мы боролись столько лет, чтобы иметь его, но мы думаем, что все, что мы делаем с ним, делает его лучше, и ... мы делаем что-то для него, и это дало нам причину ходить в эти места и видеть эти вещи и ... и видеть, как его лицо светится, и ... вы знаете, это просто улучшает все в жизни, чтобы наслаждаться всем этим всей семьей ».
Родители также сказали, что роль родителя сохраняет их молодость, и считали, что воспитание в пожилом возрасте сейчас более приемлемо, чем раньше.
ОБСУЖДЕНИЕ
Результаты этого исследования следует интерпретировать с осторожностью из-за небольшого размера выборки подгрупп родителей, относящихся к разным возрастным группам. Тем не менее, насколько нам известно, это единственная выборка, в которой сравнивались семьи с матерями позднего возраста старше 45 лет с молодыми матерями, которые использовали тот же метод зачатия. Донорство яйцеклеток позволяет пожилым женщинам достичь материнства, и, таким образом, изучение опыта семей, использовавших донорство яйцеклеток, может дать полезную информацию. Учитывая, что гораздо менее вероятно зачатие без помощи медицинского вмешательства в этом возрасте, настоящее исследование не претендует на то, чтобы быть репрезентативным для пожилых матерей в общей популяции.
В возрасте 5 лет дети старших родителей не испытывали психологических проблем по оценке родителей. Этот вывод согласуется с выводом Boivin et al. (2009) на выборке детей, рожденных после ЭКО, интрацитоплазматической инъекции сперматозоидов и донорской сперме. Настоящая выборка включает старшую группу родителей, у которых мать была в возрасте 45 лет и старше. Таким образом, результаты настоящего исследования расширяют то, что уже известно, показывая, что дети родителей старшей возрастной группы, по-видимому, не испытывают социальных или эмоциональных трудностей в возрасте 5 лет.
Было обнаружено, что качество отношений различается в зависимости от возраста родителей, при этом отношения в паре у пожилых родителей хуже. Этот вывод аналогичен тому, что наблюдал Boivin et al. (2009) и, вероятно, отражает снижение качества отношений с течением времени, которое было обнаружено среди браков в целом (Van Laningham et al., 2001). Например, Умберсон и др. (2005) наблюдали за парами в течение 8 лет и обнаружили, что, хотя в начале исследования у пожилых людей качество брака было выше, во всех возрастных группах качество брака со временем ухудшалось. Таким образом, вывод о том, что пожилые родители меньше удовлетворены отношениями, неудивителен и согласуется с более широкими исследованиями изменений в отношениях в паре с течением времени.
Насколько нам известно, это было первое исследование, в котором участвовали матери позднего возраста 45 лет и старше. Было обнаружено, что пожилые родители испытывают больший родительский стресс, чем более молодые. Исследования показали, что пожилым родителям может быть труднее удовлетворять физические потребности маленьких детей, и они могут быть более озабочены собственной смертностью, чем более молодые (Dobrzykowski and Stern, 2003; Braverman, 2017; Meyer, 2020). Качественные данные показали, что некоторые родители хотели большей поддержки, а некоторые испытывали чувство осуждения и чувство неуверенности в себе. Кроме того, у некоторых родителей были опасения по поводу собственного здоровья и смертности. Следовательно, эти дополнительные факторы могут объяснить, почему пожилые родители испытывают больший родительский стресс по сравнению с более молодыми родителями. Полученные данные указывают на необходимость дополнительной поддержки, предназначенной для пожилых родителей.
Донорство яйцеклеток сопряжено с рядом медицинских рисков, включая повышенный риск гипертензивных нарушений беременности, преэклампсии, низкой массы тела при рождении, преждевременных родов и большую вероятность неотложных акушерских состояний (Berntsen et al., 2021). Настоящее исследование показало, что эти риски могут не осознаваться самими пациентами. Например, одна мать считала, что риск для здоровья ребенка будет меньше, если донор моложе матери. В более широком смысле, понимание пациентами рисков, связанных с донорством яйцеклеток, является недостаточно изученной областью исследований.
Как упоминалось ранее, результаты и опыт семей, подвергшихся вспомогательным репродуктивным технологиям, нельзя обобщать на общее население. Во-первых, лечение дорогостояще и пациенты проходящие ЭКО, как правило, происходят из более высокого социально-экономического статуса. Действительно, в настоящем исследовании только одна семья сообщила о финансовых трудностях. Кроме того, учитывая, что это зависит от клиник по своему усмотрению в отношении того, может ли пара получать лечение, возможно, что имеет место некоторая форма отбора, в результате чего более здоровые мужчины и женщины могут получить лечение с большей вероятностью. Более того, более здоровыми пациентами могут быть те, чье лечение с большей вероятностью будет успешным.
Также важно отметить, что участники этого исследования находились на в среднем намного старше среди населения в целом.
В заключение важно помнить, что дети в исследовании были еще маленькими, и родители тоже были относительно молодыми. Пожилые родители вызывают обеспокоенность по поводу дополнительных нагрузок и стрессов, которые могут возникнуть у ребенка при уходе за пожилыми родителями и людьми со слабым здоровьем. Средний возраст матерей и отцов 5-летних детей в настоящем исследовании составил 47 и 48 лет соответственно, при этом самым старшим родителям было 57 и 67 лет. Пожилые матери, сообщили, что их дети (в возрасте в среднем 8,5 лет (диапазон 3–17) были озабочены смертностью (Chen and Landau, 2015). Наблюдение за этими детьми по мере их взросления важно для лучшего понимания влияния старшего родительского возраста на опыт ребенка в детстве и в более старшем возрасте.