К одиночеству можно относится по разному, можно считать его карой небесной, а можно великим подарком.
Люблю историю из первой половины прошлого века. В мире кипели революции, шла в полную силу эмансипация, и оба эти явления толкали людей на неординарные поступки. Например, женщины стали покупать острова. На восточном побережье Джорджиан-Бэй канадской провинции Онтарио остров можно было купить за 5-10 долларов. Один из таких островов приобрела на свою зарплату машинистки Хелен Аллинг Дэвис. Ей хотелось устроить рай для одиноких женщин. Постепенно тут возникло общество Perfects, или совершенных.
В коттеджах, выстроенных при содействии брата Хелены, жили приезжавшие сюда девушки, бросившие вызов общепринятым гендерным ролям. Большинство из них были секретарями, продавцами или школьными учителями двадцати-тридцати лет. Они были самостоятельны, имели образование, работали и были похожи тем, что решили остаться одинокими на всю жизнь. Гостьи целыми днями дурачились, гуляли, катались на лодках, сами ловили рыбу, сами пекли блинчики, загорали, купались, а вечерами жарили зефир на костре, читали вслух или разыгрывали комедии, изображая мужчин.
Они вели дневники, культивировали свою свободу и искали возможности новой женственности. Называли они друг друга коллегами по совершенству. Они исповедовали свободу и открытость, а ещё право на хулиганство.
Понятно, что природа всё же требовала своего, и часть совершенных вышли замуж и уехали с острова, но то и дело возвращались обратно, чтобы почувствовать это острое счастье от единения с природой и самим собой.
Сама Хелена так и не вышла замуж, предпочтя одиночество. Её инициатива породила много последователей, так, рядом с островом Святой Елены можно увидеть остров учительницы из Огайо Мэри Элмор, который называется Баттерфляй, и несколько других островов, которые купили женщины, желавшие создать собственный рай. Вряд ли мы узнаем истинные причины их поведения – было ли это разочарование в жизни или истинное желание прийти к совершенству в уединении, но то, что это был прорыв к альтернативной форме счастья, это очевидно. И бесценно.