Утро, а ты не ложилась, Лишь только сомкнула глаза: "Сестрица! Скорей! Не ушиблась?" Послышались вдруг голоса. Мгновенно в палату вбежала, Бабулька с постели сползла, Ее подняла, обласкала, Та смирная сразу легла. "Сестра! Караул! Помогите! - Вдруг слышно с другого крыла, - Ну где ж вы? Скорее бегите!" Туда незамедля пришла. А бедной старушке лишь надо, Чтоб рядом с ней был человек, Любому вниманию рада, К концу подошел ее век. Такая вот доля сестренок - Утешить, помочь, послужить, Наш век, как соломинка, тонок, Его бы достойно прожить.
Утро, а ты не ложилась,
Лишь только сомкнула глаза:
"Сестрица! Скорей! Не ушиблась?"
Послышались вдруг голоса.
Мгновенно в палату вбежала,
Бабулька с постели сползла,
Ее подняла, обласкала,
Та смирная сразу легла.
"Сестра! Караул! Помогите! -
Вдруг слышно с другого крыла,
- Ну где ж вы? Скорее бегите!"
Туда незамедля пришла.
А бедной старушке лишь надо,
Чтоб рядом с ней был человек,
Любому вниманию рада,
К концу подошел ее век.
Такая вот доля сестренок -
Утешить, помочь, послужить,
Наш век, как соломинка, тонок,
Его бы достойно прожить.
