Он пришел, как всегда, неожиданно. Увидев бывшего мужа, Валентина вздохнула:
– Опять? Игорь, ну чего ты ко мне таскаешься? Сто лет как развелись, а ты никак дорогу не забудешь.
– Валюш, плохо мне. Не могу больше.
– Кому сейчас хорошо? – съязвила женщина, – похмелиться надо?
– Я трезв как стекло, – устало ответил Игорь,
– и не пью давно.
– Так чего же ты от меня хочешь?
– Поговорить…
– О чем? Все давно переговорено…
– Знаешь, я когда от тебя ушел, думал: вот теперь заживу. Путешествовать буду, женщин любить… Не получилось…
– Еще бы! Столько лет пил! Какие путешествия, какие женщины? Все твои планы на дне бутылки…
– Согласен. Жаль, понял поздно.
– Почему поздно? Будешь жить как человек – все наладится.
– Не живется мне без тебя, Валюш… Брожу по жизни как неприкаянный…
– Не начинай…
– Я вот смотрю: ты ведь тоже свою личную жизнь не устроила…
– Это не твое дело!
– Почему не мое? Все же не чужие мы… Сын у нас…
– Вспомнил! Ты хоть знаешь, сколько ему сейчас лет?
– Двадцать.
– Удивительно. Познакомиться хочешь?
– Хотел бы… Совесть не позволяет…
– Сам виноват.
– Так я ж не спорю. Я тут подумал… Только ты не спеши отвечать… Подумай… Может, мы снова…
Валентина оборвала бывшего мужа на полуслове:
– Даже не думай! Как тебе такое в голову могло прийти?!
– Просто понял, что никого не любил в жизни кроме тебя… Вот такая петрушка получается.
– Любил? Ты сказал «любил»?! Ты сам себя слышишь? Сколько крови ты мне выпил? Сколько лет надо мной измывался? Ладно – на до мной. Над маленьким сыном! Это ты называешь любовью?
– Дур@ак был. Прости.
– Поумнел? Понял, где на старости лет приземлиться? Никто такое сокровище не берет на постой?
– Зачем ты так? Не видишь? Душа болит у человека…
– Поболит и перестанет. У меня до сих пор от твоей любви шрамы на теле и кости болят. Ничего, привыкла.
– Прости, Валя! – Игорь опустился на колени, – прости, родная!
– Ты что, рехнулся? Встань.
– Скажи, как мне у тебя прощение вымолить? Что сделать?
– Не приходи сюда больше. Не береди раны. Забуду – может, и прощу.
– Да не могу я жить, не видя тебя хоть иногда!
Валентина посмотрела на мужчину с презрением. Вспомнила, как бегала от него с сыном на руках, как пряталась у соседей, как выживала, когда он пропивал все до копейки.
– А знаешь, – твердо и зло сказала она, – я рада, что ты теперь так страдаешь. Поделом. Не зря говорят: «Бойся слез обиженного тобой человека…»
Игорь медленно встал, пристально посмотрел бывшей супруге в глаза и тихо произнес:
– А Бог говорит, что нужно прощать…
Валентина не нашлась, что ответить.
– Ладно, пойду я. Вот, – мужчина протянул женщине листок, – я тут написал… Прямо про меня…
Валентина машинально сунула бумажку в карман.
– Иди. Потом прочитаю. Надеюсь, нескоро увидимся…
– Кто знает? – отозвался Игорь, – возможно, никогда…
Он ушел. Валентина устало опустилась на стул. Задумалась. Прошлое мелькало перед глазами.
«А ведь я любила его, – эта мысль больно резанула по сердцу, – так любила… Пыталась найти замену – не нашла. Странная штука жизнь… Как близко ходят любовь и ненависть… И все-таки жаль его…»
Хлопнула входная дверь: с работы пришел сын. Валентина смахнула слезы, улыбнулась и вышла навстречу…
Через несколько дней позвонила старая знакомая:
– Валя? Здравствуй. Я тут… Не знаю, может зря звоню… Ты должна знать… Твой Игорь…
– Что? – выдохнула Валентина. Она внезапно почувствовала, как холод проник в самое сердце.
– Инфаркт. Его на улице нашли… Похороны завтра...
В трубке послышались гудки…
Валентина сидела неподвижно, глядя в одну точку…
Вдруг, вспомнив, метнулась в спальню, нашла халат…
«Там записка!» – стучало в голове…
Она развернула помятый листок и, с трудом сдерживая слезы, прочла:
Уже потерянный, но все еще живой.
Я вижу то, что не сказать словами.
Если вернусь с потухшими глазами,
Пожалуйста, приглядывай за мной.
Не отдавай меня
ни ветру, ни огню,
когда во мне совсем не будет света.
Пусть тишина меня уводит
незаметно,
И пусть последними словами
будут: «Я люблю» ...
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал