8. Предостережение
Обед прошел без происшествий. Конечно, если не учитывать, что для остальных происшествием все еще была я.
Интересно, когда же адепты перестанут глазеть, как я в одиночестве вкушаю «изысканные» творения местных поваров? Ну, это их дело! Ядовитые взгляды и замечания пятерки представительниц университетской «знати» во главе с «пурпурной юваттой» меня не заботили, хотя и заставляли постоянно ждать гадостей. Я — местный изгой? Ну-ну! А сливки общества вольны теснить друг друга, сидя на стульях по двое. Кто кого наказывает?
Сегодня на обед впервые подали мясо — малюсенький кусочек. Я уже успела соскучиться по мясному: до сих пор здесь готовили только непонятную кашу и тушеный сахели. Потому я с энтузиазмом попыталась распилить мясо ложкой. Безрезультатно. Тест на прочность и упругость образец прошел на отлично: ложка погнулась у меня в руке. Тогда я решила испытать свои зубы. Зубы выдержали, но и мясо не поддалось. Что это было за животное, интересно? Очень старое, судя по твердости, а при жизни любило бегать — мякоти нет, одни жилы. Неужели, наал? Нет, гадать не хотелось, но не покидало стойкое подозрение, что нам подали неудобоваримое мясо ящера. Впрочем, пусть это останется мрачной тайной университетского повара, тем более хлеб и овощи, на мою удачу, оказались съедобными.
Путь из столовой в общежитие на этот раз был спокойным и даже скучным. До отработки в оранжерее в запасе оставалась пара часов. Я решила, что успею переделать горчично-желтое платье в халат. Еще нужно сшить сумку, чтобы не таскать в руках тетрадки на лекции.
В комнате я сразу засела за работу. Вытащила из сундучка свою главную драгоценность: швейную иголку, над которой поработали артефакторы — ее подарила мне когда-то наша экономка. Игла сама забирала нитку в ушко, а дальше требуется только вколоть ее в нужное место в ткани и задать направление. Игла шьет сама быстро и ловко, стежки ложатся ровной дорожкой. Такой шов необычайно красив и прочен. И процесс шитья уже не рутина, а приятное развлечение. Нужно лишь следить, чтобы остановить иглу там, где требуется.
С такой помощницей, как моя иголочка, я быстро справилась с последними швами на халате. Буду ходить в нем в общую душевую, а то надевать платье на влажное тело страшно неудобно!
Дальше предстояло решить, как из оставшейся ткани выкроить хотя бы мешок для тетрадей. Я бросила взгляд на сумку из тисненой кожи ханна[1], лежащую на кровати соседки. Красивая вещь. Решив рассмотреть, как крепится длинный изящный ремешок, взяла сумку в руки. Внутри было два вместительных отделения и множество удобных кармашков. Конечно, не эльфийская работа, но видно, что мастер подумал даже о мелочах. Нужно узнать, где соседка купила такое чудо и сколько заплатила.
Денег у меня пока что нет совсем, потому на первое время сгодится и тряпичная самоделка. Ткани как раз хватило на простой мешок на длинной лямке, куда помещались все мои тетрадки. Для стилуса я пришила узкий внутренний кармашек.
Критическим взглядом оценила результат работы: сумка из дешевого серого сукна удивительным образом напоминала нищенскую суму, с какими скитались по миру беженцы в эпоху Битв. Не миновать мне насмешек, если появлюсь с такой перед адептами. Поразмыслив, я вырезала из оставшихся обрезков ткани темно-серого и горчичного цветов несколько аппликаций и украсила мешок причудливыми цветочками. Получилось — хм, самобытно. Ну хотя бы весело. Пускай смеются, я тоже найду над чем посмеяться.
___________________________
[1] Ханн — крупное травоядное животное, одомашненное еще в древности. Разводят ради молока и мяса. Из шкур молодых животных выделывают самые качественные и мягкие кожи.
Продолжение
К первой главе: