Барон Унгерн после ареста. Сентябрь 1921 года, Иркутск. Стоит обратить внимание на особый пронизывающий взгляд барона. Не многим захочется попасть под такой взгляд в качестве арестованного!
В этот день, 15 сентября 1921 года, красными расстрелян барон Роберт Николаус Максимилиан фон Унгерн-Штернберг, или попросту Роман Фёдорович Унгерн (1885/1886—1921). Фигура, ставшая легендарной и даже культовой в среде российских правых. Ну, ещё бы — боевой офицер русской армии, принявший буддизм, автор идеи реставрации империи Чингис-хана от Тихого океана до Каспия, вдобавок муж принцессы Цзи из свергнутой китайской династии Цин... Всё это открывает широчайший простор для полёта фантазии. Виктор Пелевин включил барона в качестве персонажа в роман «Чапаев и Пустота» (1996). Там Унгерн ведёт премилые философские разговоры с пленным коммунистом.
«— Эх, Петька, Петька, — сказал Чапаев, — знавал я одного китайского коммуниста по имени Цзе Чжуан. Ему часто снился один сон — что он красная бабочка, летающая среди травы. И когда он просыпался, он часто не мог взять в толк, то ли это бабочке приснилось, что она занимается революционной работой, то ли это подпольщик видел сон, в котором он порхал среди цветов. Так вот, когда этого Цзе Чжуана арестовали в Монголии за саботаж, он на допросе так и сказал, что он на самом деле бабочка, которой всё это снится. Поскольку допрашивал его сам барон Юнгерн, а он человек с большим пониманием, следующий вопрос был о том, почему эта бабочка за коммунистов. А он сказал, что она вовсе не за коммунистов. Тогда его спросили, почему в таком случае бабочка занимается подрывной деятельностью. А он ответил, что всё, чем занимаются люди, настолько безобразно, что нет никакой разницы, на чьей ты стороне.
— И что с ним случилось?
— Ничего. Поставили его к стенке и разбудили.
— А он?
Чапаев пожал плечами.
— Дальше полетел, надо полагать».
Колорист в данном случае небрежно отнёсся к своему делу — в действительности мундир барона был вишнёвым
В этой истории правда, пожалуй, только в словах «поставили его к стенке и разбудили». Вот типичный отрывок из приказа реального фон Унгерна за 21 мая 1921 года, которым барон объявил о начале похода на советскую территорию:
«В народе мы видим разочарование, недоверие к людям. Ему нужны имена, имена всем известные, дорогие и чтимые. Такое имя лишь одно — законный хозяин Земли Русской Император Всероссийский Михаил Александрович… В борьбе с преступными разрушителями и осквернителями России помнить, что по мере совершенного упадка нравов в России и полного душевного и телесного разврата нельзя руководствоваться старой оценкой. Мера наказания может быть лишь одна — смертная казнь разных степеней. Старые основы правосудия изменились. Нет «правды и милости». Теперь должны существовать «правда и безжалостная суровость». Зло, пришедшее на землю, чтобы уничтожить Божественное начало в душе человеческой, должно быть вырвано с корнем…»
Стоит ли удивляться, что большевики, когда в их руках оказался пленный барон, «поставили его к стенке и разбудили», в соответствии с его собственными принципами? Правда, смертная казнь у них была всего одной-единственной степени — расстрел, в отличие от затейника барона...
В наши дни антикоммунистические сайты со скорбной слезой поминают годовщины расстрела барона, который стал последней зыбкой надеждой белой русской контрреволюции.
В заключение — ещё один отрывок из Пелевина, тоже не очень далёкий от правды:
«...Посмотрев на его скошенный назад подбородок, рыжие усы и горькую складку в углу рта, я подумал, что он меньше всего способен напугать кого-нибудь своим внешним видом.
— Скажите, барон, а отчего все вокруг так вас боятся? — не выдержал я. — Не хочу вас обидеть, но в вашем облике на мой взгляд нет ничего страшного.
— Не все видят то же самое, что вы, — ответил барон. — Своим друзьям я обычно показываюсь в виде петербургского интеллигента, которым я действительно когда-то был. Но не следует делать выводов о том, что я действительно так выгляжу.
— А что тогда видят остальные?
— Не буду утомлять вас деталями, — сказал барон. — Скажу только, что во всех шести руках у меня острые сабли.
— Какой же из ваших обликов настоящий?
— Настоящего у меня, к сожалению, нет, — ответил барон».
Между прочим, 3 января 2022 года неизвестные решили украсить перекрёсток улиц Фабричной и Спартака графитти с изображением барона Унгерна. Поклонники «чёрного барона», очевидно, хотели так отметить день рождения своего кумира, который отмечается 10 января.
Однако вскоре граффити подверглось коррекции:
Его закрасили чёрным баллончиком. Заметили эту поправку 5 января, а рядом появилась надпись: «Шмыга, бойся: Унгерн — не последний убитый барон». Кто такой «барон Шмыга», пока остаётся неясным. Между тем депутат горсовета Ростислав Антонов предложил сделать Унгерна «историческим брендом Новосибирска», каким, по его мнению, в Омске стал адмирал Колчак...