«Я удивляюсь, как ты до сих пор ещё держишься?» - мой друг уныло вздохнул в телефонную трубку. - «За столько лет, что я тебя знаю, ты столько раз переживала предательство»…
За столько лет я столько раз переживала предательство. От меня отворачивались люди, которых я когда-то считала самыми ценными, незаменимыми и близкими. Кто-то уходил молча, а кто-то имел неосторожность напоследок вылить на меня кучу дерьма. Зачем? Я не знаю. Видимо, им было так легче. Это человеческий фактор. Все познаётся в сравнении. Когда считаешь, что ты та ещё мерзопакостная свинья, надо извалять в грязи кого-то другого, чтобы на его фоне самому казаться чистым… И вот, стою я такая одна посреди своей жизни, и стекают с меня эти дерьмовые капли. Вонючие. Грязные. Мерзкие. А я стою и улыбаюсь: «Эй, не переживай, все в порядке. Тебя не забрызгало, мой родной?» А «родного» нет, не забрызгало. С таких, как он, что с гуся вода. Отряхнулся и пошёл дальше. Да и я тоже, тот ещё гусь. Поревела, почистила перья и снова в путь. Жалела ли я хоть раз о том, что связала свою жизнь «ни с тем» человеком? Нет. Хотела бы вернуться назад и пойти другим путём? Нет. Я всегда ценила тех, кто меня окружает. Вокруг меня были только самые лучшие люди. И если они ушли, я всегда винила только себя: «Не соответствовала». «Не дотянула». «Не заинтересовала». И каждое предательство я воспринимала не как «предательство», а мол, урок тебе, Васильева. Значит, вела себя не правильно. Была недостаточно хороша. Я вспоминаю себя 10 лет назад. Я была сосудом, наполненным добротой и любовью. И я пыталась поделиться тем, чем наполнена с каждым, кто был рядом. «Капельку доброты и любви тебе, капельку - тебе». Но сосуды - тары не бездонные. Люди уходили, испив выделенную им долю. И сосуд опустел. Точнее - я опустела. Психоэмоциональная нестабильность. Нарушенное душевное равновесие. Выгорание. Ангедония. Долгое время я не могла придти в себя. Искала какого-то заряда внешнего или внутреннего. Но я же - сосуд. И я приноровилась использовать людей иначе. Если раньше я старалась наполнить всех своим теплом и любовью, то теперь я начала черпать из людей то, что они мне дают. А в силу своей беспомощности, я искала таких же раненых, как я. «Невротик? Шизофреник? Биполярный мальчишка, страдающий паническими атаками? Добро пожаловать!» И теперь уже не они черпали что-то от меня, а я наполнялась их внутренним состоянием. На это ушло несколько лет. И вот, смотрите! Я - опять наполненный сосуд. Наполненный дерьмом и желчью. Винить кого-то? В чем? Опустить руки? Зачем? Я все ещё жива, а значит, все ещё впереди.
