(добавим немного мистики в наши рассказики).
Свидетельство о публикации №224113001643
Любовь у них с Богданом началась как-то сразу. Они познакомились на выставке работ известного современного художника, и Богдан поразил Галину своими познаниями в искусстве и своей эпотажной, немного необычной внешностью.
Галя сразу поняла, что он тоже относится каким-то образом к миру искусства, и это привлекло её к молодому человеку.
Он же, как истинный ценитель женской красоты сразу обратил внимание на словно выточенную фигуру девушки с плотными бёдрами, ярко очерченной талией и пышной грудью. Картину завершала очаровательная головка с умненьким личиком и светлыми, рассыпанными по плечам, льняными волосами.
Они очень быстро стали близки, их тянуло друг к другу словно магнитом.
Богдан был скульптором, и довольно успешным, его мастерская завораживала Галину - находясь на втором этаже двухуровневой квартиры, она представляла из себя необычное собрание незаконченных работ, поверженных идей и свершившихся успехов.
Лепил Богдан в основном людей, в частности, женщин, прямо с натуры. Несмотря на это, Галя и не думала ревновать любимого - уж слишком явными и яркими были его чувства к девушке.
Но как-то раз она спросила его:
-Богдан, любимый, а почему ты не лепишь меня? Разве я не красива?
-Ты бесподобна, моя дорогая, но пока...Пока я не могу лепить тебя. Вот станешь моей женой, тогда да...
-Что?!! - восторженно закричала девушка и захлопала в ладоши, как маленький ребёнок - Ты предложение мне делаешь, Богдан?!!!
Мужчина умел делать сюрпризы - он тут же извлек откуда-то шикарнейший букет любимых цветов Галины - огромные ирисы, встал перед любимой на одно колено и достал из кармана модного жилета заветную коробочку с кольцом.
Позже, сидя в ресторане, куда они решили пойти отметить помолвку, Галя спрашивала у Богдана:
-Милый, но ведь те, кого ты лепишь, не твои жёны, но ты же лепишь их?
-Дорогая, ты не понимаешь, они для меня - просто натурщицы без лиц, без чувств, без эмоций. А ты - ты совершенно другое. Ты - моя Муза, моя Галатея, ну а я - твой Пигмалион. Поэтому я буду лепить тебя тогда, когда ты станешь моей женой.
Свадьба молодых была самым восхитительным событием в их жизни. Гостей было столько, что ресторан на открытом воздухе гудел, как улей, молодым дарили много пожеланий и подарков, родители их светились от счастья, и все повторяли, что никогда не видели такой гармоничной и красивой пары. Невеста была ослепительна в белоснежном платье с длинной, пышной фатой, и Богдан не мог налюбоваться на неё. После свадьбы Галина и Богдан отправились в свадебное путешествие заграницу.
Но мужчина торопился вернуться к работе, как истинный талант, он не мог долго жить без того, чтобы не творить что-то, а поскольку заказов у него пока не было, в одно утро он позвал жену из мастерской:
-Дорогая, ты позавтракала? Поднимись ко мне!
Галина поднялась в мастерскую. Критически оглядев жену, поправив ей длинные, пушистые пряди волос, он дёрнул за пояс халатика и решительно стащил его с женщины.
-Богдан - рассмеялась Галина - но ведь мы только что....
-Нет-нет, милая, ты не понимаешь - из узкой длинной столешницы он извлёк кусок прозрачной тончайшей органзы, обмотал им тело жены, так что ткань красиво спадала складками и позволяла закрыть и открыть для чужих глаз ровно столько, сколько нужно, воткнул в длинные волосы супруги бутон живой розы и поставил ее на постамент, велев принять нужную позу.
Это было самое лучшее время для них - Богдан прерывался только на заказы, и всё время старался уделять своей новой работе. То и дело он повторял жене: "Ты увидешь, милая, это будет шедевр. Я назову его - он вставал в пафосную позу и отводил руку с дымящейся трубкой. Да-да, современный мужчина курил трубку! - "Современная Галатея"". Вид у него после столь пламенной речи был таким гордым, что Галина начинала над ним смеяться.
Иногда она уставала позировать, начинала вредничать и хныкать, как дитя, Богдан усаживал её на высокий барный стул перед стойкой, тут же, в мастерской, и они пили горячий чай с имбирным печеньем и смеялись от непонятного, ещё неизведанного чувства счастья.
Скульптуру Богдан заканчивал уже без жены - больше не было надобности находиться ей постоянно в мастерской. Она с удовольствием ездила с подругами на шоппинг, в фитнес-центр, ходила в кафе, и всё чаще задумывалась о том, что хочет поскорее появления наследника - это ещё больше укрепило бы их брак. Богдан продолжал носить жену на руках, дарить ей цветы, осыпать драгоценностями и подарками.
И вот однажды настал день Х. Вечером, когда Галя приехала домой, он встретил жену у порога. Вся квартира сверкала сотнями свечей, в ведёрке со льдом охлаждалось шампанское, приятно пахло ароматными палочками сандалового дерева - запах, который Галина обожала.
Богдан закрыл ей глаза шёлковым шарфом и повёл наверх, в мастерскую, держа любимую за плечи. В мастерской, где царила необыкновенная тишина и атмосфера загадочности, Богдан снял с жены шарф. Галина ойкнула и прикрыла ладошкой рот. Свет в мастерской не горел - она была, как и квартира, освещена сотнями небольших свечей.
И в этом таинственном свете на постаменте стояла фигура в полный рост Галины. Она была так прекрасна и необычайно реалистична, что молодая женщина в изумлении произнесла:
-Богдан, она как живая...
-Теперь ты понимаешь, почему я не позволял тебе входить сюда и запирал мастерскую? Хотел произвести на тебя впечатление.
-Богдан, ты талантище! - воскликнула Галина и в порыве благодарности прижалась к мужу и приникла к его губам. Они долго и страстно целовались.
Потом Галине захотелось получше рассмотреть свою копию, и она стала ходить вокруг статуи. Почему-то ей казалось, что это неживое её подобие следит за ней и за мужем. Статуя казалась живой и было ощущение, что вот сейчас она откинет лёгкую ткань со своего бесстыжего, полунагого тела, и сойдёт с постамента. Несмотря на белизну материала, из которого была создана эта неимоверная скульптура, Галине казалось, что щёки статуи вот-вот покроются румянцем, губы приобретут мягкую, живую полноту и начнут шевелиться и шептать какие-то слова, а холодное, каменное тело станет тёплым и грудь начнёт чуть вздыматься от еле заметного дыхания.
Спала женщина беспокойно. Обнимая Богдана, она сквозь сон чувствовала его мерное, спокойное дыхание, и снова погружалась в мягкую, вязкую, как вата, пелену сна. И в какой-то момент в этом сне к ней пришла её точная копия, сваянная умелыми руками мужа. Склонившись к её лицу, копия мягко улыбнулась пухлыми губками, откинула прядь льняных волос, щекотавших щёку Галины и прошептала: "Он будет мой навсегда. И даже смерть не разлучит нас!"
Галина закричала и проснулась. От её крика проснулся муж, и встревоженно стал успокаивать и гладить любимую, то и дело спрашивая:
-Что случилось, девочка моя, что случилось?
-Ничего - Галина стала потихоньку успокаиваться - ничего страшного, Богдан, просто плохой сон.
Мужчина ушёл на кухню, принёс ей успокоительное, и крепко обнял, прижав к себе. Так они и уснули.
На следующий день Богдан уехал по делам и Галина решила заняться порядком в квартире и готовкой обеда. Проходя мимо лестницы в мастерскую, она почувствовала, что ноги сами понесли её на второй этаж.
Она медленно подошла к статуе и взглянула ей в лицо. Опять появилось смутное ощущение того, что неживая материя дышит. Господи, как муж мог создать такое?! Даже каждая ресничка просматривается, и такое ощущение, что видны поры на коже и родинки все-все проступают, как у неё, у Галины. Она зачем-то приблизила своё лицо к лицу статуи, и вдруг со страхом почувствовала, что не может двинуть ни одной своей мышцей, ни одним суставом. Её взгляд застыл и остановился на глазах статуи, она вдруг поняла, что видит перед собой настоящий человеческий взгляд, вот в зрачках вращаются "звёзды и планеты", как любил говорить про её взгляд Богдан, вот они приобретают бутылочный цвет, как у неё, вот пухлые, мягкие губы впиваются ей в рот, и пьют, пьют её дыхание....
Богдан обнаружил её тут же, лежащей около статуи в глубоком обмороке. Испугавшись, отнёс на руках вниз, вызвал скорую помощь. Врач, осматривавший девушку, диагностировал задержку дыхания и удушение по непонятным причинам, и посоветовал незамедлительно обратиться к специалистам и проверить лёгкие, поставил укол и уехал.
Очнувшись, Галина оглядела комнату, Богдана, и произнесла:
-Милый, надо избавиться от неё...
-От кого это? - недоумённо спросил мужчина.
-От неё. От Галатеи.
-Ты с ума сошла, дорогая?
-Нет, Богдан, ты не понимаешь. Я потеряла сознание рядом с ней. Что-то произошло, я не помню. Мне она казалась живой и это всё было настолько реальным, что...
-Вот именно, милая! - вскричал Богдан и принялся ходить по комнате, активно жестикулируя руками - я ваял этот шедевр шесть месяцев, шесть! А ты хочешь, чтобы я избавился от неё? Только потому, что тебе что-то привиделось?! Галя, ты вообще, любишь меня?! В первый раз я сделал не просто статую - я сделал то, что на самом деле является уникальным по сути своей. И ты желаешь, чтобы я от неё избавился?!
И он стал успокаивать жену, убеждая, что всё, что она видела - это всего лишь плод её воображения, а в доказательство помог ей подняться в мастерскую и посмотреть на статую. И следа какой-либо жизни не было в лице и теле этого каменного изваяния, пустые глаза смотрели вперёд без всякого живого интереса, белое лицо не отражало никаких чувств и эмоций. Галина решила, что она действительно сходит с ума и всё, что случилось в мастерской - просто бред, который почему-то завладел её сознанием.
А ночью ей приснился тот же самый сон.
Молодая женщина становилась всё мрачнее и мрачнее, она не желала оставаться дома без Богдана и старалась в его отсутствие тоже куда-нибудь уйти. Несколько раз она замечала, как муж останавливается напротив скульптуры и задумчиво смотрит на неё. И во взгляде его то ли лёгкая грусть, то ли сожаление. Да, девушка из камня была просто идеально выточена и завораживала своим видом.
Иногда Галине казалось, что её муж...влюблён в собственное творение. И тогда ей хотелось только одного - бежать раз и навсегда из этого дома. Тем более всё чаще по ночам она кричала всё от одного и того же сна, и заметила, что это стало раздражать мужа.
И тогда она решила, что должна бороться за своё счастье.
В один из дней, когда Богдан уехал на встречу к очередному заказчику, она вытащила из шкафа в подсобке большую кувалду и стала осторожно подниматься наверх.
Подошла к скульптуре, внимательно посмотрела в пустые каменные глаза и решительно подняла кувалду со словами:
-Ну уж нет, змея, не видать тебе моего мужа, каменное чудовище...
И тут же почувствовала, как сильная рука схватила её руку с занесённым оружием...
Находящиеся внизу на игровой площадке жители дома слышали, как с оглушительным треском рассыпалось стекло на двадцать втором этаже и вниз полетело что-то белое, большое, похожее на человеческое тело. Хорошо, что внизу рядом с домом располагались раскидистые кусты деревьев, и никто из проходящих мимо не мог пострадать, так как эта аллея занимала достаточно обширную территорию. Ринувшись к упавшему предмету, люди обнаружили, что это была статуя, рассыпавшаяся на множество небольших частей. Голова у статуи была ровной полосой отсечена по шее, и кому-то даже показалось, что из глаз неодушевлённого предмета скатилась небольшая, прозрачная слеза...
Богдан, приехавший позже и увидевший эту картину - кругом сновала полиция и дворники убирали мусор, бегом ринулся в квартиру. Он обнаружил Галину на диване в гостиной, её допрашивал полицейский, второй осматривал замок входной двери.
-Богдан Дмитриевич - полицейский пожал ему руку - сочуствую. Неприятная ситуация. Пока вас и вашей супруги не было дома, в квартиру ворвались мародёры. Супруга ваша говорит, что ничего не пропало, но я бы хотел, чтобы вы тоже осмотрелись.
Богдан поднялся в мастерскую. Галина шла за ним, держа руку на его плече, стараясь поддержать его хоть как-то. В мастерской царил настоящий хаос - были разрушены все скульптуры, доделанные, и оставленные "на потом", всё, что он творил и недотворил годами. Богдану казалось всё это настолько нереальным, что он не сразу среагировал на вопрос полицейского:
-Скажите, вы подозреваете кого-то...
-Да-да - рассеянно ответил мужчина - я думаю, это конкуренты...
Вечером жена налила ему тёплую ванну. Когда он вышел, увидел, что по всей квартире горят свечи. Она стояла, закутанная в ту самую лёгкую органзу, в которой позировала ему для статуи, с живой розой в волосах. Лицо её было необычайно бледным при загадочном свете сотни свечей, но Богдан списал это на сегодняшний стресс.
-Дорогая - вздохнул он, целуя её холодную ладонь, и прикоснувшись к бутону розы в волосах - ты захотела меня утешить... Я так тебе признателен...
Он в нетерпении подхватил жену на руки, ощущая прохладу её тела и понёс в спальню. Она посмотрела ему в глаза и произнесла:
-Ты мой навсегда, Богдан. И даже смерть не разлучит нас.
Всем привет, мои дорогие) Как вам вот такие полумистические рассказы? спасибо за то, что читаете, лайкаете, комментируете. И я, как и всегда, желаю вам добра, счастья и гармонии в ваших семьях. Интересно, среди моих читателей есть скульпторы?) Остаюсь всегда ваша. Муза на Парнасе.