** Из мистики я знаю только одно – любовь. Непонятно как возникает, непонятно куда уходит.
Ничто не притягивает так сильно, как чужие страдания. Мужчин особенно. Они чувствуют этот нажим, это постоянное дёрганье внутри. И принимают это за страсть. Им невдомёк, что любовь уже ссохлась и растворилась в спазмах боли. И не расти ей больше, не восстать. Они идут на зов, они отвечают и вторят ему. И откровенно удивляются, как дети. Если не находят фактических подтверждений интереса к ним. «Как! Я же видел собственными глазами. Она хочет меня!» Нет, не хочет. Она хочет умереть – вот, ровно во вторник, ближайший. А ты мешаешь её намерениям! Ты, со своим природным эгоизмом, возвращаешь её к жизни – вновь и вновь. Когда она так близка к исполнению собственной затеи!. **
Из весны, довольно быстро вытягиваются все соки. Её хватает на март, и то не на весь. К апрелю уже не жаждется обнов и стройности. А мечтается просто о море, о солнце. Как непостоянна и легкомысленна весна! Что и ждать от неё.
Поговаривают, когда-то одна старая цыганка – вот таким же сухим невзгодным апрелем! - предсказала маленькой белокурой девочке. Что она станет королевой в далёкой прекрасной стране. И это вскружит ей голову. И она потеряет её.. Королеву звали Мария-Антуанетта.
Гильотина убивает внезапно. Приговорённый ещё готовится к смерти. Но! Холодным полоснуло по загривку. Хруст позвонков, брызги крови и голова катится в корзину. Народ безмолвствует!
Преступник уже не скачет – обезглавленный, всё же – «галлийским петухом» по эшафоту. Безвольное тело, словно мешок, обмякло и привалилось к плахе. А из шеи торчат нити жил, пучки сухожилий, обломки костей.. – всё, чем он жил, из чего состоял.
Палач плевком воды из ведра замоет лужи подсохшей «голубой» и сукровицы. Голову в пудренном парике наколют в пику, на посмешище – должны же быть у народа доступные удовольствия. Род разделит наследство и выставит следующего. К палачу!
Белобрысая дурочка-австриячка! Она не хотела ничего плохого. А всего лишь, добавить капельку красоты к уже восхитительному. "Hameau de la Reine" – дивное изобретение изящной королевы. Последней королевы Франции – цыганка забыла это упомянуть. Больше королев галльская земля не рождала!
Я живо представляю, как её везли на телеге. Через все достопримечательности топкой илистой Лютеции. Мимо терм, базилик, амфитеатров, инсул, мильных камней, лавок и аркад. Как глядела она непонимающе: «За что! Куда!!» Солома колется в правый бок, на лбу ещё горит фамильный гордый синяк. Паризеи – славные милые люди, которым она «не хотела зла» - бросаются фекалиями и катышами конского навоза. И нагло оглушительно ржут! Всё впереди – главное веселье. «Добрые люди» - где-то я уже подобное встречала..