Взяв Сен-Готтард, преодолев Урзернское ущелье и пройдя столицу кантона Ури город Альтдорф, Суворов и его корпус вошли в Мутенскую долину.
Отряд Розенберга нанес очередное жёсткое поражение французам у реки Муота, прижав их пехоту к крутому берегу и взяв много пленных.
Ещё один легендарный фейк, тиражируемый нашими историками, связан с этой славной битвой. Про унтер-офицера Махотина, почти пленившего генерала Массенà. «Генералу удалось спастись, но у нашего героя остался в руке золотой эполет французского командующего».
История красивая, но проблема в том, что Массена в это время был под Цюрихом, громя союзников.
И эполеты у французских генералов появились спустя примерно пять лет. В ту пору они носили республиканские сюртуки вообще без погон.
Суворов со штабом в этот момент квартировал в женском монастыре св. Иосифа в Муотатле.
Здесь полководец получил известие, что войска, с которыми он шел на соединение, наголову разбиты Массенóй. И соединяться ему не с кем.
Позади горы, впереди горы, погода дрянь, а противостоящих французов уже более 35 тысяч.
При этом провиант на исходе, люди устали и, кроме того, надо кормить почти тысячу пленных французов.
Именно в монастыре состоялся знаменитый совет, на котором грузинский граф Багратион и курляндский барон Розенберг заверили Суворова: «Мы русские, Александр Васильевич, с нами Бог, прорвёмся!»
И прорвались.
Оставили своих и французских раненых в монастыре, на попечение преследователей. Надо сказать, что воевали тогда ещё по джентельменски, без зверств с обеих сторон, как в 1812 году. И всем раненым была оказана полная помощь.
Перевал Прагель прошли относительно спокойно. Ад начался на перевале Паникер (2407 м). Снег, метель, видимость несколько метров и температура ниже нуля. Даже швейцарские проводники не смогли найти тропу. Люди устали, износились и не ели нормально три дня.
Вышли на гребень и встали в темноте и метели над бездной. Командиры приказали рассредоточится вдоль обрыва и прыгать, помолившись (именно этот момент изображён на знаменитой картине Сурикова).
Помолились и прыгнули. Погибло, разбившись, меньше 500 человек. Остальные съехали в долину благополучно. И уже к обеду были в городе Иланце.
Французы преследовать наших через перевал не рискнули. Отсюда весь оставшийся корпус (около 15 тысяч) вышел в Австрию, ведя с собой до 600 пленных французов, а потом вернулся в Россию.
Где Суворова ждала новая опала, смерть и бессмертие.
Спустя десять лет Массенá, уже маршал французской императорской армии, скажет: «Я отдал бы все свои победы за одно отступление Суворова».
P.S. «Лучший частный музей Суворова в Швейцарии»- это не дежурный эпитет. Всё так и есть.
Память Суворова тут чтут и хранят. На каждом доме, где он останавливался хотя бы на пару часов есть табличка, сообщающая об этом.
Но Вальтеру Гелеру, энтузиасту из кантона Ури, удалось создать полноценную музейную экспозицию, существующую с начала 90-х.
Будучи фанатом истории, поклонником деяний Суворова и неутомимым поисковиком, он за последние пятьдесят лет при помощи металлоискателя обнаружил в горах сотни артефактов, связанных с той военной кампанией. Нашёл, приобрёл и получил в подарок сотни гравюр, картин, книг, предметов утвари и прочих экспонатов по суворовской теме. И всё это выставляет в помещении музея, в центре столичного города Альтдорф. Посещение музея бесплатное.
Герр
Геллер очень доброжелателен и позитивен. Рад гостям и их вниманию к экспозиции.
Только три вещи печалят его:
1. На многих гравюрах его коллекции изображены очень странные персонажи с подписью “general Suvorov» (но он то знает, что Суворов выглядел иначе);
2. На некоторых европейских литографиях про переход суворовских войск через Альпы изображены слоны (но он понимает, что авторы перепутали Суворова с Ганнибалом);
3. У его музея всегда были спонсоры из Швейцарии и России, а теперь их нет ( и он понимает, что их не будет долго, возможно никогда).
А мы прошли через перевал Паникс по-честному, как это было 223 года назад, от Эльма до деревни Пинью. 20 километров, 1500 метров набора высоты, высота перевала 2407 метров, 6 бодрых часов в пути.
Только шли мы, в отличии от суворовских солдат, не по пояс в снегу, а по траве, камням и под солнышком. При том, что было это почти в те же даты.
Наглядный пример глобального потепления.