«На последнем месяце беременности я пряталась в картошке, когда он с ружьем из дома выбегал и стрелял по полю. Хорошо — ботва высокая была, а я маленькая, хоть и с животом. Свернусь калачиком, и молюсь про себя… А в другой раз — иду с фермы домой, а мне соседи кричат: Любка, ваш дом горит! Я — бегом, вижу дым по улице. Вбегаю во двор: а он все мои вещи в кучу сложил в ограде и поджег. Все приданое мое — сатиновые простыни, хлопковые рубашки, шерстяные кофты…. А то нож воткнет в деревянный стол и заставляет вокруг него сидеть всю ночь. Сам дремлет, на руки голову положит. Только шелохнешься — вскакивает. А мне ведь на работу вставать в 4 утра — коров доить. Детям в школу с утра. Сидим, горемыки, мучаемся…». Как только бабушка начинала вспоминать свою жизнь, внучка Лена заливалась слезами. Деда своего она никогда не видела: бабушка нашла-таки силы развестись, а потом он несколько раз сидел в тюрьме за преступления, совершенные в состоянии алкогольного опьянения, и, в конце концов, умер о
От алкоголиков отворачивается судьба. Есть ли выход?
9 сентября 20229 сен 2022
493
2 мин