C самого начала моей практики у меня было много клиентов нарциссического типа в пограничной структуре. Никакая теория не дает настоящего понимания этой боли и ощущений от контакта с человеком, израненным его холодной матерью.
Чаще всего люди приходят с высоким уровнем тревожности или неспособностью выстроить отношения. Нарциссическая структура имеет несколько разных типов. Сегодня расскажу о одном.
Клиентка - очень яркая, ухоженная женщина 35 лет. Пришла с жалобой на страх потери мужа. Он в ее фантазии должен был обязательно разбиться на машине.
Каждая его поездка даже в офис на другой конец Москвы превращалась в ее паническую атаку. Дочери 9 лет. Явная гиперопека. Мама водит до школы и обратно, хотя школа совсем рядом. «У меня нет запасных детей, она одна».
Девушка с высоким интеллектом, красный диплом МГУ, но не работала практически. Посвятила себя семье. После вуза устраивалась в очень престижную кампанию, но ушла из-за не сложившихся отношений с руководителем.
Что вижу - идеализация меня как специалиста. С одной стороны - это помогло ей решится ко мне прийти, с другой - я становлюсь объектом, пугающим и вызывающим злость и зависть. На меня перенесется вся холодность матери и она будет чувствовать все время мое осуждение и равнодушие.
Девушка в сильнейшем расщеплении. Есть слабая маленькая девочка, перепуганная и совершенно неспособная жить в этом взрослом мире, очень нуждающаяся в заботливой матери в виде терапевта, который может помочь повзрослеть, и есть грандиозная часть с высоким требованием к жизни и ощущением собственного превосходства.
Часть, которую она считает никчемной и слабой, она отщепляет и помещает в других людей. Тогда ее муж и дочь рядом с ней действительно чувствуют себя слабыми и беспомощными. Через детей такие люди заботятся о своей части.
Когда придет время подростковой сепарации - начнется настоящий ужас. Отдаление человека, в которого помещены собственные беспомощные части - грозит разрушением себя. Поэтому ребенка нужно сделать беспомощным и никуда не отпускать.
А когда он воюет против этого, то просыпается ярость. Но ярость запрещена, и она вытесняется и выливается в страх потери. Потери от собственной разрушительности. Поэтому иррациональные страхи за детей и близких - это чаще всего, вытесненная наша ярость на них.
Если ребенок не разрушен такой матерью, то он сбегает очень рано и подальше, чтобы его не разрушала эта гиперопека. Мужчина рядом с такой женщиной находит работу, чтобы побольше быть подальше от жены и чтобы он не «кастрировала» его. Если мужчина в такой роли/травме, то женщина часто проваливается в ребенка, и секса, в любом случае, нет практически.
Задача терапии - соединить эту «слабую» часть, неидеальную и грандиозную. Это - непростая задача на несколько лет. Для того, чтобы человек такой идеальный смог от терапевта выносить комментарии о собственной неидеальности и ограничениях, внутри психики должно произойти очень много. Преодолено ощущение осуждения и холода.
А первый год терапии - это искусство терапевта удержать человека в терапии и выстроить отношения доверия и устойчивости. А еще - выдержать постоянные атаки и попытки обесценить терапию, чтобы не было так невыносимо. Если бы вы знали, в какую ярость приходят клиенты, когда предлагаешь вторую сессию))). Это как терапевт посмел вообще говорить им, что их травматизация нуждается в более глубокой работе). И вы помните, что сближение - самое страшное для человека с нарциссической структурой и при этом единственный способ начать выдерживать близость в отношениях.
Самый распространенный вариант причины - нет денег. Говорит мне девушка, рядом с которой лежит сумка Шанель тыс за 500, плюс-минус. И даже искренне верит, что нет. И это всегда про внутреннюю цену отношений. Когда нарциссическая травма мягче, человек между фантиками, поездками, ресторанами, выбирает возможность отношений, конечно же. Там даже вопрос не встает.
Чем глубже травма, тем острее потребность в построении фантика.
Две сессии в неделю - это больше контакта, больше проявляется эмоций. Больше вложений в отношения. А для такого человека это - единственная возможность столкнуться с собой настоящим. Встретиться со злостью, переварить ее и направить на самореализацию. Столкнуться с ограничениями, снять корону и начать делать маленькие шаги.
Чаще всего, нарциссическая личность нарабатывает очень высокий интеллект и хорошие навыки. Если удается удержаться в терапии и человек начинает делать, то у него быстро начинает получаться. Если же не получается, то весь масштаб личности направляется на кого-то из детей, дети реагируют тяжелым заболеванием, и вот вам грандиозный мученик, спасающий и всего себя отдающий.
Либо человек тяжело заболевает сам. Редким тяжелым заболеванием. Ни один профессор медицины не справляется. Грандиозная часть реализована. Лежит человек, манипулирует родственниками и ведет беседы: «Вот если бы я не болел, я бы…., а эти здоровые и не делают ничего». Говорит со вселенской печалью в голосе и …. Удовольствием
И эти состояния грандиозности сменяются чувством никчемности. «Моя жизнь в помойке». И это - дикая душевная боль. До 40 лет она будет еще прекрасно перекрываться энергией, здоровьем и т.д. Человек может много учиться и ничего не делать с этим.
Мне тут клиентка рассказала еще про один вариант работы с тревогой). Парень ищет препарат, который заставит работать все участки мозга одновременно и это сделает из него сверх человека. Остервенело люди ищут волшебную таблетку всю жизнь. И вместо медленного нарабатывания ценных навыков, на которые другие люди к 50 годам смогут опереться, набирают травм и защит.
В эту кучу химических препаратов попадают и разные психологические суперметоды. Новомодные направления. Когда я слышу в инсте очередную «звезду» в психологии, которая рассказывает про «за 3 сессии решу любую вашу задачу», у меня глаз дергается. Нужно молиться, чтобы к ней не попал человек с психотической структурой и не «сиганул» в окно после неудачной рекомендации.
Страх столкнуться с внутренними ранами ведет нарцисса в саморазрушение. Чем старше человек, тем больше он разбивает собственную устойчивость и тем дольше потом работать в терапии.
Но вы знаете, я тут ругалась, что 12 лет в терапии и пришла в нее не в 50, а в 28 (только что осознала, что я не с 35 в терапии), но до сих пор есть нерешенные задачи, мои знакомые, которые, конечно же, все в анализе по 4-7 лет) стали писать мне, что, благодаря терапии, их жизнь стала в разы приятнее, спокойнее, глубже и осмысленнее.
И это огромная правда. Я вижу людей, которые были в моем окружении тогда, в 28, когда я приняла решение выдержать терапию, чего бы мне это не стоило. Они купили квартиры, объездили мир, скупили много всякого барахла. Но уровень тревоги и шваха в отношениях сейчас такой, что мне даже смотреть страшно.
Кто-то тяжело болеет. Кто-то в постоянных жутких проблемах, которые тоже бессознательно создаются, чтобы не столкнуться с адом внутри себя.
Когда я себе задаю вопрос - стоила ли моя терапия тех денег, что я отдала, и времени (я 1,5 часа еду в одну сторону на терапию), я отвечаю себе, что плачу очень мало.
Мне достаточно хорошо здесь и сейчас. Я не жду больше, что вот что-то случится и станет хорошо. Оно уже такое. Не идеальное. Но теплое и настоящее). Меня любят мои родные и близкие, я и мои друзья готовы разделить со мной все, что у них сеть. Меня любят клиенты и подписчики, я бесконечно люблю то, что делаю, я предвкушаю новый курс по психоанализу на 3 года очно.
Я прихожу домой и ко мне несется ушастое мое счастье в виде собаки Стеши и следом подтягивается еще несколько любимых глаз и щек). Все остальное - это богатство приправ для вкуснейших коктейлей под названием жизнь.
Кончено же, бывает очень страшно...
Когда Лина рожала, от нее отказалось два врача, экстренно переводили черти куда. У меня точно появилось больше седых волос. И еще появятся, когда будет болеть Соня. Бывает очень больно в отношениях. Они совсем не идеальны. Я борюсь за каждый градус тепла и близости на своей терапии. И за 12 лет из жестоких морозов во влажной местности со штурмовым ветром я сейчас обнаруживаю что-то вроде российского климата. С теплой весной и осенью, жарким летом и мерзкой слякотью межсезонья и большей части зимы.
И, да, я готова идти еще 10 лет, чтобы эта слякоть с химикатами, убивающими лапы бедных собак, превратилась во что-то более ровное и не ранящее. Это увлекательное приключение под названием «Терапия» стоит того, чтобы прожить и найти себя настоящего. Разного. замечательного.
Всем терапия в пути. Ваша Елена Будаева
Жду вас в своем телеграм-канале https://t.me/budaeva_psyholog