(книга «Больше, чем тире»)
Ниндзер – это фривольная курсантская производная от общеизвестного и таинственного слова «ниндзя», и на нашем курсантском сленге означает типа сильный, типа бесстрашный, весьма авантюрный и немножечко крутой. Но как правило в курсантской среде этот эпитет произносится с определённой долей иронии в минуты тяжелого ёрничества и при острых приступах сарказма в адрес одноклассника или друга, пустившегося в самоубийственную авантюру…
Ну коль скоро я упомянул в одном из прежних своих рассказах про нашего Мишу-флажконосца, который чуть не победил в суровой схватке настоящего амурского тигра, то расскажу про него ещё одну занятную и абсолютно правдивую историю. Сразу оговорюсь, что личным свидетелем того происшествия, всколыхнувшего не только всю роту, но и весь факультет, я не был. О ней я узнал уже только утром следующего дня от многих свидетелей, в том числе от своего доброго друга Владимира Стефаненко, который тем вечером был дневальным по роте. А совсем недавно я созвонился и со старшиной нашего класса Виктором Ченгарь, который в тот вечер был обеспечивающим в роте старшиной, и который стал непосредственным участником событий, описываемых ниже. Так что, устраивайтесь поудобнее в своих креслах. Я начинаю страшно правдивую быль про курсанта и его самый настоящий самурайский меч - катану...
Это произошло на четвёртом курсе, когда по вечерам бОльшая часть курсантов роты дружно свалила в увольнение в город, а в опустевших кубриках остались лишь ленивые, да служивые – то есть дежурный с дневальными, скучающий в своей старшинской обеспечивающий старшина одного из классов, да несколько курсантов, которым было или лень куда-то идти, или некуда было идти.
Михаил М. хотя и сам он был местным, то есть калининградским, в тот вечер почувствовал острый приступ лени со скукой и решил не терять времени на бессмысленные прогулки по городу, а немножко позаниматься совершенствованием своего тела и тренировкой духа. Тем более, что сейчас почти вся рота разбрелась по городу и в помещении осталось совсем мало лишних глаз, которые могут заинтересоваться его сегодняшней особенной тренировкой.
В те годы конца 1980-х – начала 1990-х всю нашу огромную страну кроме различных заграничных мод, веяний и искушений захлестнул ещё и бум всяких там у-шу, кунг-фу, айкидо с карате и прочей мишурой восточных единоборств. И хотя наш подполковник Панченко всегда утверждал, что все эти у-шу и кунг-фу в реальности действенны только после расслабляющего выстрела в живот из пистолета Макарова, но всё равно, каждый из нас, насмотревшись боевиков с Брюсом Ли, Жан Клод Ван Даммом, Чаком Норрисом или Джеки Чаном, тоже чувствовали себя этаким сенсеем или сегуном, стараясь перед зеркалом или другом продемонстрировать своё искусство владения телом и конечностями по школе тигра, вепря или ещё какого-нибудь млекопитающего зверя. Правда, скажу по секрету, некоторые курсанты к концу своего увольнения в город могли в совершенстве владеть школой пьяного, но это не тот случай и не та история.
Ну а наш Михаил был вот как раз наоборот – совершенно другим, нежели визуальные теоретики восточных единоборств и фанаты видеодрак. Он был тихим, скромным и спокойным, даже в меру рассудительным. Ещё на младших курсах он частенько тренировался либо в спорткомнате, либо – в небольшом аппендиксе в конце коридора, как раз напротив кабинета замполита факультета. Причём, чего уж греха таить, приёмами восточных единоборств он владел действительно классно. Каждый раз, когда он тренировался, это выглядело настоящим театрализованно-гимнастическим представлением, настоящим шоу, только наяву. Все его движения и пасы при выполнении упражнений выходили настолько ловкими, красивыми и лёгкими, что вскоре у Михаила появились не только зрители и поклонники, но и серьёзные последователи и усидчивые ученики. А Михаил даже ничуть не гордился и не артачился этим. Как истинный и тонкий последователь философской концепции восточных единоборств он был скромным, учтивым и всегда оставался спокойным, как слон. Миша был среднего роста, в меру плотного, точнее – жилистого телосложения с чёрным ёжиком жестких волос на круглой голове. Но самая удивительная черта, которая отличала его от всех остальных курсантов (кроме владения рукопашным боем) – это улыбка, которая никогда не сходила с его лица и в различные минуты и в разных ситуациях только немного преображалась. То это была задумчивая или грустная, а иногда она была хитрющей или авантюрно-легкомысленной, но чаще всего она была такой кроткой и всепрощающей, словно у фокусника, который показал невероятный трюк, за что ему аплодирует стоя весь зал, а он глазами и улыбкой словно говорит:
- Тут нет ничего волшебного, ведь на самом деле это так просто… всего лишь ловкость рук.
В общем, Миша был нормальным задумчивым весельчаком с тонким чувством юмора, в совершенстве владеющим приёмами восточных единоборств.
Накануне того памятного вечера он принёс в роту настоящий самурайский меч - катану. Как ему удалось его провезти через весь город и пронести в нашу систему – это тайна, покрытая многолетним замшелым мраком. И сейчас он решился, пока в роте было мало свидетелей, как следует потренироваться не с палкой или нунчаками, а как раз таки - с катаной. Меч был двуручный с особым эфесом и острым, как бритва. И хотя с виду он должен был весить немало – ну по крайней мере, как наш уставной палаш, но на самом деле (по отзывам и впечатлением участников тех событий) он был гораздо легче, чем можно было предположить. Миша вышел на широкий центральный проход роты (ЦП) и стал в полном одиночестве упражняться с мечом под удивленное молчание дневального по роте Володи Стефаненко. При этом роль кендо или, если хотите, косоде играла обыкновенная курсантская темно-синяя военно-морская робишка, которая придавала всему сейчас происходящему свой особый моряцкий колорит.
Буквально всего за пару минут на ЦП собрались оставшиеся в роте курсанты, которые с нескрываемым интересом и удовольствием следили за Мишей, который выполнял различные фигуры высшего единоборского пилотажа. Когда показательная тренировка завершилась, то курсантская братия наперебой стала упрашивать Мишу дать потрогать и опробовать самолично настоящий самурайский меч. Мишка не был жадным, не был ни высокомерным, ни заносчивым, и поэтому вскоре заветный меч-кладенец начал переходить от одной пары восхищенно дрожащих рук к другой, затем к третьей и так далее под общий одобряющий гул. Затем на ЦП выскочил дежурный по роте и попросил Мишу дать ему меч, чтобы сфоткаться с ним на память. Примеру дежурного последовали и остальные. Когда же плёнка в фотоаппарате кончилась, то градус возбуждения, интереса и озорства повысилась настолько, что в воздухе повис занятный и вполне естественный вопрос:
- Чего бы этакого сделать с этим мечом… запоминающегося?
На ЦП тут же появилась баночка с парой чьих-то сланцев. Было решено проверить меч на остроту заточки и разрубаемость! Одним точным и, главное, не сильным ударом чей-то казённый сланец был располовинен и отправлен в утиль. Через минуту та же самая участь постигла и его родного брата. Курсантский народ уже перевозбудился до крайности и теперь метался по роте с этим мечом в поисках кого бы или чтобы проткнуть и обязательно разрубить. И теперь никто не обращал внимания на тревожно-обреченную улыбку Михаила, который уже стал чувствовать что-то недоброе и о чём-то нехорошем начал догадываться. Как это и бывает в военной среде – в своих предчувствиях он, увы, не обманулся.
В тот самый момент, когда ничего не подозревающий дежурный по факультету во время своего планового обхода поднялся на третий этаж в 34-ю роту с проверкой, то его глазам предстал раскрасневшийся дневальный по роте, который с выпученными глазами яростно крутил восьмёрку не уставным палашом дежурного по роте (чем эпизодически страдали некоторые дневальные в каждой роте училища), а непотребным и нестроевым клинком неустановленного образца и явно зарубежного происхождения. Острый клинок зловеще сверкал в руках неистовавшего дневального, грозя порубать в винегрет и нашинковать в капусту любого, кто вознамерится приблизиться к нему.
- Что здесь происходит? – всплакнул дежурный по факультету.
Тут же меч замер в воздухе, разом погас и мгновенно исчез в плотной толпе курсантов четвёртого курса, которая тут же, словно по мановению волшебной палочки, растворилась без следа. Все разбежались по кубрикам, по баталеркам и шхерам. Такое поведение курсантской массы, заставило дежурного по факультету предположить, что всё увиденное им ещё пару мгновений назад было не более, чем мираж, иллюзия и наваждение. Но быстро взяв себя в руки, офицер решительно бросился на поиски нестроевого холодного оружия. Офицер был не только опытным, но и стрелянным воробьём с напрочь отсутствующим воображением, и поэтому получасовые поиски меча всё-таки принесли свои плоды. Оружие было найдено и цинично изъято до особого распоряжения. Ввиду необычайности происшедшего было проведено срочное оповещение командования факультета и руководства роты. Вскоре факультетское руководство прибыло в училище и принялось досконально изучать затрофеенный предмет самурайского повседневного быта.
Владельца катаны тоже быстро вычислили и допросили с пристрастием. В ходе задушевной беседы начальство узнало, что этот меч принадлежит не столько Михаилу, сколько его отцу и является весьма ценным и необычным подарком. Оценочная стоимость такого раритетного изделия по самым скромным прикидкам может составлять парочку популярных в то время дорогих автомобилей марки «Волга». До сих пор не понятно, что заставило в тот вечер руководство факультета решиться на последующие, казалось бы, неадекватные действия – то ли астрономическая цена весьма холодного оружия, то ли душераздирающий рассказ дежурного по факультету о неистовом дневальном, так фривольно обращавшегося с оружием. Но так или иначе, а было принято решение сей предмет не только отобрать, но и уничтожить самым решительным образом, чтобы не доводить до разборок с милицией, так как вероятность возбуждения уголовного дела за незаконное владение холодным оружием была весьма велика. Весь оставшийся тревожный вечер и всю бессонную ночь напролёт начальник факультета со своими замами пытались сломать катану, чтобы если не довести его до молекулярного состояния, то хотя бы сделать из него множество маленьких вакидзаси. Что только они не предпринимали в своем благородном стремлении по демилитаризации отдельно взятого курсанта 34-й роты. Пытались сломать вручную, зажав клинок в щели между дверью и косяком, пробовали его хотя бы погнуть, вставив его между секциями чугунных батарей центрального отопления. Всё было напрасно и без толку – упругий закалённый металл настырно пружинил и не желал ломаться. Тогда попробовали этот меч хотя бы ну затупить что ли или расколоть о голые камни, кирпичи и даже о железобетонный бордюр. Но и тут из этой затеи ничего не получилось. Металл был крепок, прочен, всё также остр и до омерзения вреден. Всю ночь офицеры не сдавались, невольно постигая искусство ближнего ниндзеровского боя, пытаясь разрубить этим мечом даже асфальт. Меч только высекал искры в ночи под недовольные матерные причитания сонных офицеров и своим пружинящим рикошетом каждый раз старался ужалить своих обидчиков.
Наступившее пасмурное утро принесло замученным офицерам не только смятение и неуверенность в своих силах, но и робкую надежду на спасение, ибо на факультете появилась двадцатикилограммовая кувалда в сопровождении атлантоподобного матроса из роты обеспечения. Теперь судьба катаны была предрешена. Буквально в течение пяти минут усердными и нехитрыми стараниями обыкновенного матроса необычайной физической силы самурайский меч бесславно прекратил своё существование, разбитый на множество исковерканных осколков. Кстати, эти осколки потом не выкинули. Некоторые офицеры их разобрали себе на сувениры и понаделали из них прекрасные перочинные и кухонные острые ножи.
На этом можно было бы и поставить грустную точку. Но вот всего несколько лет спустя стали известны ещё некоторые интимные подробности по этому делу…
Михаила, кажется никак не наказали. Он отделался только командирским порицанием и душевным внушением со стороны старшины роты. Сама же катана по факту оказалась совсем не японской, а вполне себе калининградской. Просто для Мишиного отца, который увлекался восточной культурой и философией, и который тоже в качестве духовного и физического совершенствования занимался восточными единоборствами. Учитывая его тягу ко всему восточному светлому и философическому, его добрые друзья и товарищи решили сделать особенный подарок – изготовить по чертежам и лекалам точную и эстетичную копию самурайского меча. Умельцы нашлись, кажется, на судостроительном заводе «Янтарь», где меч и выковали, и собрали, и остро-преостро заточили. Да так, что он отныне мог разрубать всё, что угодно, не теряя своих физических качеств настоящего боевого клинка. Ну и, конечно же, он не стоил тех баснословных денег, эквивалентных нескольким автомобилям «Волга».
Не знаю, я не был тому свидетелем, но в роте поговаривали, что Мишиного отца начальник факультета всё-таки вызвал к себе на ковёр для серьёзной беседы. Правда это лили нет – история о сём старательно умалчивает. Да и можно было бы усомниться в правдивости того, о чём я вам сейчас поведал – было ли это на самом деле или нет. А может – это была всего-навсего массовая ротная фантазия, похожая на коллективное единовременное помешательство или даже всеобщий конспирологический сговор? Вот только по роте ещё долгое время ходили те самые удивительные фотографии, на которых были запечатлены некоторые курсанты с острым клинком в руках, абсолютно непохожего на обыкновенный курсантский палаш…
Но сейчас, кажется, ни у одного из наших однокашников этого документального подтверждения в личных фотоархивах почему-то обнаружить не удалось. И поэтому эту историю, обросшую за всё это время всякими байками и невероятными интимностями теперь в нашей системе мало кто помнит и ещё меньше - кто в неё верит, объясняя её возникновение лишь естественной тягой курсантов придумывать и сочинять что-нибудь эдакое экзотическое и необычное. Так что верить этому или нет я оставляю на твоё усмотрение, дорогой мой читатель.
© Алексей Сафронкин 2022
Если Вам понравилась история, то не забывайте ставить лайки и делиться ссылкой с друзьями. Подписывайтесь на мой канал, чтобы узнать ещё много интересного.
Описание всех книг канала находится здесь.
Текст в публикации является интеллектуальной собственностью автора (ст.1229 ГК РФ). Любое копирование, перепечатка или размещение в различных соцсетях этого текста разрешены только с личного согласия автора.