Недавно я писала статью о восприятии боли и решила вспомнить свою интересную историю с аппендицитом и поделиться здесь.
В 2017 году, когда моей старшей дочке ещё не было и двух месяцев я попала в больницу. 💉
Накануне вечером перед сном у меня сильно заболел живот. В начале боль отдавалась слева под рёбрами, а потом стала кочевать по всему животу. Больно было от слова совсем. Но все же благодаря высокому болевому порогу я смогла уснуть, хоть и просыпалась от дискомфорта посреди ночи (ну и от дочкиного тогда ещё неустоявшегося расписания питания).
Утром муж отправился на работу. Но уже через пару часов мчался к нам домой, потому как я уже лезла на стенку.
Вызывать скорую с полуторамесячным ребёнком было не вариант. Надо же с кем-то оставлять дочь, если меня положат в стационар.
Поехали мы в женскую консультацию. Я грешила на осложнения после кесарева (но про себя надеялась, что это всего лишь аппендицит). Ехать было невыносимо тяжко! Ни до, ни после я не чувствовала так сильно каждой кочки, ямки и камня на дороге, каждый поворот и даже просто сигнал светофора, попадавшиеся на пути.
Отправили меня тут же в стационар гинекологии, провели анализы и через пару часов я уже была на операционном столе. На узи ничего не было видно, так как свежие швы кесарева и еще не сократившаяся до конца матка, закрывали обзор. Поэтому мне решили поставить какой-то диагноз загноения после кесарева. Его по идее не должно было быть, так как все полтора месяца я чувствовала себя более менее, а если бы что-то подобное было, то возникло бы ещё в первые две недели с симптомами высокой температуры.
Перед тем как вколоть наркоз и увести меня в пограничное состояние, «добрая» врач сказала, что скорей всего придётся удалять маточные трубы. До этого мне никто из врачей о подобном не говорил! 😰Уходила я в наркозный сон с матом и криками, что я запрещаю их ей вырезать, подам на неё в суд и она пожалеет, если такое произойдет. В голове так и промелькнуло, как она рушит мои мечты о большой семье...
От этого общего наркоза я стала отходить ещё посреди операции. Ничего не чувствовала, но слушала как врачи обсуждали своих сыновей-школьников и их итоговые контрольные за год.
Состояние было жуткое! Психологически страшно! Разум дооолго не понимал где я, кто я и почему не могу открыть глаза, а о чем-то думаю, кого-то слушаю. Хотелось сильно спать. Не было сил, что-то думать. Но потом меня словно ошарашило и привело в чувства, воспоминание, что у меня есть муж и дочь, о том, как я сюда попала и что надо прислушиваться к тому, что делают и выкарабкиваться скорее к своим.
Как только уже могла что-то невнятно мямлить сразу постаралась узнать, что у меня. И как я была рада, что это был просто всего лишь аппендицит!!! Уточнила у нескольких медсестёр на всякий случай и с облегчением погрузилась в обессиленный дрём.
Когда после палаты интенсивной терапии меня перевели в общий блок я решила доковылять к медсестре и попросить вещи из гардероба в которых лежал телефон, чтобы позвонить мужу и маме. Они переживали и тоже не знали что у меня. Было уже около полуночи и меня отправили ждать утра и открытия гардероба.
Ну а раз все хорошо и это просто аппендицит, то надо же скорее приходить в себя. Быстрее расхаживаться, восстанавливаться и возвращаться домой. Ребёнок же! Гв! Что тут делать в больничных стенах?! Терпеть ведь не могу находиться в больницах! А первые часы после операций самые важные, если преодолеть себя и начать бродить-гонять кровь по телу, то восстановление будет эффективнее.
Тем временем мама прибежала ночью к корпусу и у дежурной сестры узнала, что все в порядке. Успокоила звонком моего мужа, молодого отца, которому пришлось впервые самому укладывать ребёнка спать, просыпаться, наводить смесь и между делом оперативно менять подгузники.
Утром я получила уже свои вещи и ждала обхода. Меня думали перевести в хирургический корпус, но я выпросила остаться здесь и приводить не по расписанию, а в любое дневное время дочку, чтобы сохранить гв.
Ну как выпросила, скорее наревела.
Всё было в принципе неплохо, кроме одного факта. Лечащая врач, ровесница моей бабушки, запрещала мне есть. Мадам советской закалки заявляла, что раньше когда она работала в хирургическом корпусе дцать лет назад, есть пациентам после операции удаления аппендикса запрещалось долгое время.
Мне тяжело даётся голодовка! И это было сущим наказанием. Соседкам по палате привозили еду, разрешали передачки, которые они с удовольствием громко уминали, а мне разрешали первые двое суток только воду пить. Изверги! А мой организм всегда при восстановлении требует плотной мясной и углеводной пищи.
А ещё, подытоживая всю эту историю про больницу, хочу добавить мысли к которым возвращаюсь снова и снова. Если бы я жила ещё даже сотню лет назад, то наверное я бы не выжила.
Без нашей, хоть и не совсем комфортной и прогрессивной, но общедоступной бесплатной медицины. Может быть и смогла бы с горем и страданиями родить малышку в тазовом предлежании. Хоть и не исключает то, что всякие увечия у обеих могли бы произойти. Но после воспаления аппендикса уже точно сомнительно, что выжила бы.
- Но даже уже взять ту медицину, которая была 50 лет назад. По рассказам бабушки, после рождения моей мамы через несколько месяцев она тоже была на операционном столе и тоже с удалением аппендицита.
- Моя мама, носившая меня меня под сердцем, вообще попала на такую операцию на седьмом месяце беременности.
- И вот я. Через 1,5 месяца после родов.
Что было раньше я уже и не знаю, но вот такой в моей семье наследственный сценарий.
Поэтому я верю в медицину! И на все эти модные приблуды и течения, такие как «ставить или нет ребёнку прививки», «рожать ли дома» и прочее что там периодически в ленте знакомых вылазит. Я всегда буду выбирать квалифицированную медицинскую помощь. Потому что благодаря ей жива не только я, но и многие-многие люди.
И многим советую, прежде чем принимать какие-либо решения взвесить все "за" и "против". Проанализировать вероятный вред от действия и бездействия. Если такое уже случалось с близкими или с самими с собой (например, с прививками), то подумать живы вы или нет и был ли с вами действительно тот вред, который так распиарен.