Всю жизнь потратил он на поиск
Открытых, искренних людей
И видел в злобе света проблеск,
К которому лишь нужен пропуск,
Что он найдёт, став вмиг мудрей.
Старался он понять мотивы
Предателей и подлецов,
Хоть находился на обрыве,
Был всё же крайне терпеливым
И не имеющим врагов.
А что же люди? Те ругали
И для себя искали благ,
Смеялись, позабыв морали,
Презренье выразив в оскале,
Придумав прозвище "чудак".
И он, глотая слёзы боли,
Всё шёл и шёл, стремясь вперёд,
Излечивал души мозоли
И думал про людские роли,
Надеясь к ним найти подход.
Всё время он терпел увечья
От самых близких и родных.
Забыл заботу человечью,
Довольствовался мрачной речью.
И встретил вдруг людей иных.
Но, вспоминая горький опыт,
Не мог он больше другом стать.
Хоть жутко мучили ознобы,
Душевность сердце не растопит:
Стоит уж чёрная печать. Кто знает, хороши ли были
Малоизвестные друзья?
Не бросили бы в буре, в штиле
Иль унеслись скорей за мили? –
Закрыты тайны бытия. Из любящего человека
Он превратился в чу