Опять буду рвать струны в душах людей, у тех, у кого совесть не закисла и душа не очерствела, ибо, война всегда разграничивала жизнь на "до" и "после", а человек делает свой выбор, иногда самый важный в своей жизни. История, как всегда из ниоткуда, но, возможно, такой вариант существует в другой вселенной.
Продолжим:-
"Батя" был старым шахтером 1935 года "выпуска", и когда отгремела страшная война, ему было всего 10 лет.
Повзрослев, он пошел в армию и служил срочную, а "дембельнувшись", в шахте рубил уголь, как и все в его поселке.
За длинную жизнь, он пережил шестерых генсеков и одного президента в одной стране, а потом еще пятерых в другой, а шестой продолжал клоунаду в цирке "Шапито".
Старик растерял всех родственников: кто-то умер, кто-то уехал за бугор на запад, кто-то - в Большую страну на восток, и осталась с ним, одна "стара", то бишь, жинка, такая-же пенсионерка, как и Батя.
Жили старые люди на территории, где были войска АТО.
Раскол в шахтёрском крае разделил людей на "сепаров", "ватников" и "колорадов", а также на "свидомых" и "щирых" громадян.
Батя с женой не были "свидомыми", а оставались "ватниками", очень переживавшими за развал Союза, а теперь и за свою страну.
Они хотели бы, остаться в той республике, где не было ни "сепаров" и "свидомых", и чтоб, разговаривали все, хоть на русском языке, хоть на "мове".
Однако, всё случилось, как случилось. Старики жили на территории "хунты", а души их были в Большой стране. Старики не могли уйти из дома, так как, некуда было. На старости лет, менять место жительства, было бессмысленно.
Начавшееся "мероприятие" союзных сил перевернули, даже эту серую жизнь.
"АТОшники" ушли, а взамен появились "черти". Они все были с запада, со своей "мовой", которую не понимали старики, жившие на востоке страны и разговаривавшие на русско-украинском "суржике".
Батя ушел в посадку за лозой, чтобы плести из неё корзины, а его жена осталась дома.
Когда в дом ворвались "черти", они перевернули все вверх дном, искали ценности и "бухло", но ничего ценного не нашли.
Грязно ругаясь, они проклинали бабушку, а один из них, грубо оттолкнул старушку, которая не вовремя оказалась на его пути.
Батя вернулся домой, положил вязанку лозы у крыльца, а когда зашел в хату, то увидел, что его бабуля лежит на диване с перевязанной головой. Она рассказала, что упала, когда её толкнул один из "чертей".
Ночью, старушка тихо скончалась.
Батя утром обнаружил утрату и горько заплакал.
В 1963 году, они поженились, прожив, без малого, 59 лет. Всего год оставался до Бриллиантовой свадьбы - 60 лет в браке.
Батя, соблюдая все православные ритуалы, в положенный срок похоронил свою жену, оставшись один на всем Белом свете.
Горькие думы бродили в его седой голове, слезы текли по щекам, а Батя все сидел и сидел у могилки.
"Черти" сидели в одном из домов, и"гужбанили". Был вечер, было довольно тихо. Арта не работала, вечерняя тишина иногда разрывалась автоматной очередью или пьяными криками "чертей".
К дому подошёл седой старик с поклажей в руках. В правой руке он держал торбу, из которой выставлялось горлышко "четверти"- трехлитровой бутыли.
Почему "четверть"?
Так называли бутылки в три литра, еще с дореволюционных времен, ибо, мерой вина было ведро, равное 12 литрам, а четверть ведра, и есть - три литра. Был еще "штоф", равный 1/10 ведра, то есть 1, 2 литра "горилки".
У входа сидел один из "чертей", - часовой, мать его..
- Що це таке, Старий? Кому несеш?
-Так, ваш старший приказал принести горилки и закуску, вот и несу.
- Добре, а ну, дай сюди, пробу зніму.
"Чёрт" отхлебнул прямо из горла, занюхал рукавом и прохрипел:
- "Гарна горілка, аж до дупи продирає, неси в хату. Эй! Микола, зустрічай гостинці"
Батя пошел в хату, неся в левой руке, ещё и солдатский "сидор".
В хате было не совсем светло, так как, она освещалась двумя керосиновыми лампами "Летучая мышь".
- Заходь, дід. Став сюди. А в мішку що?
- Закуска: - сало и колбаса с хлебом.
- Ось, так вас сепарів дерти треба, щоб розуміли, хто тут господар. Давай, розв'язуй, та й пішов геть.
В хате было около двадцати, или чуть больше, человек. Они были злыми, издерганными и нервными. Загомонили на "мове", которую Батя с трудом понимал, хоть и считался украинцем.
Батя поставил торбу с бутылью на стол, а узел из лямок "сидора" был уже развязан и снят ещё до прихода Бати в хату, только рука не давала возможности видеть это, и веревка, стягивающая головину была не затянута, и сама горловина, была уже раскрыта.
Батя поставил "сидор", но его оттолкнули, и Батя отступил в сторону.
Никто не заметил в полумраке, что из "сидора" к руке старика, тянутся капроновые лески, которые были привязана петлей к его кисти, никто не услышал щелчков рычагов и сработки ударников, и не увидел, что на конце лески, выскользнувшей из головины "сидора", висят два колечка с чеками от гранат.
Время потекло медленно, глаза Бати видели всё в мельчайших подробностях: - вот, руки "чёрта" раскрывают горловину, его ухмыляющееся рыло уставилось вовнутрь мешка, смеющийся рот перекашивает гримаса испуга, глаза расширяются, и он пытается отпрянуть.
Остальные "черти", так ничего и не поняли. Время замерло.
Четыре секунды жизни Бати, прошли так небыстро.
Медленно-медленно, из горловины начал выползать дым, как джин из бутылки, швы на "сидоре" разрывала немыслимая сила, а ткань начала рваться и распадаться на куски.
Мелкие осколки и рубленные гвозди, вперемешку с гайками и болтами, начали разлетаться в стороны, проплывая по комнате.
Батя все видел, как в замедленном кино.
Волна убойного металла дошла, наконец, до него, и весь МИР ВЗОРВАЛСЯ!
Чудовищной силы удар, разметал всех, кто был в комнате, крышу подбросило вверх, а затем она провалилась обратно, засыпав внутренности дома. Окна и двери вынесло напрочь, а грохот заложил уши, оставшимся на улице "чертям".
Банка с бензином воспламенилась, залив огнем комнату.
Шансов не было ни у кого.
Срочную службу, Батя, тогда ещё Коля, правил в саперных войсках, а потом пошел в шахту взрывником. Работать со взрывчаткой Коля умел, и любил это дело.
Когда случилась беда с Верой, Батя решился уйти в иной мир, захватив туда и побольше "чертей". Воевать он не мог, в силу возраста, но мастерство не пропьёшь.
У Бати была "заначка" на "чёрный день", который настал, когда "черти" загубили его Веру.
Он приготовил "сидор", начинил его взрывчаткой, набил всякими железяками и положил две гранаты, привязав к их кольцам леску, чтобы вытащить чеки, и дать сработать взрывному механизму. Бензин в литровой, банке был довеском.
Чертей встречала мрачная темнота, с криками ужаса и боли, черный провал и красная пещера со всполохами огня и запахом серы. Улюлюканье и кривляние черных сущностей, жуткие звуки и смрад.
Теперь всё это стало достоянием этих "чертей". Они пришли к себе навечно, туда, где их ждали.
Батя шел по тропинке, молодой и красивый, облака проплывали на ним, яркий свет заливал просторы. Огромные ворота показались пред ним, а у них стояла его Вера, такая молодая, с улыбкой встречая своего мужа. - Здравствуй Коленька! Вот мы и встретились. Пойдем, тебя уже ждут. Николай и Вера пошли к воротам, взявшись за руки, а ворота распахнулись. В небе звенели колокольчики и лилась музыка.
На этом, пока, ВСЁ! Жду вас на канале. В общем НАДЕЮСЬ! Как всегда! Ваш Дядька Хлеборез из Парижу.