Этот рассказ из книги моей мамы - Нелли Матвеевны Зверевой. Она называется "Истории моей жизни". Мамы уже нет, но ее добрые рассказы согревают сердце до сих пор.
Про утенка
В детстве мы с родителями выезжали на дачу. Своей дачи у нас тогда не было, просто снималась комната или часть дома в деревне у какой-нибудь хозяйки.
Чаще всего папа отвозил нас, помогал обустроиться, а сам уезжал в город заниматься своими важными делами. Но иногда и он жил с нами. И тогда эта жизнь за городом была особенно интересной и веселой.
Папа всегда поощрял наши проделки и постоянно что-то выдумывал сам. На этот раз он собрался с кем-то из приятелей на охоту. Охота на уток была разрешена, и папа очень долго и тщательно к ней готовился. Охотничье ружье у него было, но охотник он был плоховатый. Папа был из тех людей, которые увлекаются очень многим, ни в чем при этом не достигая совершенства. Но он никогда не огорчался, он получал удовольствие от самого процесса – от сборов, от суеты вокруг этого.
Целый день мы втроем: я, сестра и моя школьная подружка Эля, которую мы взяли с собой на дачу, ждали папу с охоты. Уже с пастбищ вернулось стадо. Уже начало смеркаться. Вдруг на конце улицы показался папа. Он шел один. Мы на полной скорости помчались к нему.
Из папиной охотничьей сумки высовывалась мордочка маленького живого утенка, испуганного и несчастного. Визгу и писку было много. Вопросы сыпались наперебой: «Он ранен? Ты стрелял в него?» Папа гордо вынул утенка из сумки и продемонстрировал нам, что он совершенно целый (хотя вид у него был действительно жалкий).
Мы прыгали вокруг утенка и слушали папину правдивую охотничью историю о том, как он спасал утенка из сетей рыбаков. Малыш запутался в них и не мог выбраться сам. Папа осторожно освободил ему лапки, нисколько их не покалечив.
Мы были в восторге! Эти встречи с природой так наполняют жизнь, делают ее совсем иной, непохожей на нашу, городскую.
Все вокруг зашевелилось. Нужно было организовать утенку жилище. Выпускать во двор его было нельзя. Он был маленький, и мы посчитали, что его надо сначала покормить несколько дней, чтобы он окреп, а потом пойти на тот пруд, где папа поймал его, и выпустить его к своим.
Пока мы думали, где он будет жить, наступил вечер. Решено было на ночь утенка устроить в корзине. Мы попросили у хозяйки самую большую корзину, из чего-то сделали матрасик, поставили туда водичку, положили еды. И чтобы утенок не выбрался из корзины, сверху накрыли ее марлей, оставив узкую щель сбоку для воздуха.
Нам совсем не хотелось расставаться с утенком и поэтому мы решили, что спать он будет рядом с нами на сеновале. Сеновал был огромный, и мы все вместе спали там. Рядом с нашими ложами на торчащем шесте мы повесили корзину с утенком.
Когда мы засовывали утенка в корзину, он отчаянно сопротивлялся. Мы даже удивились, откуда в маленькой птичке столько силы? Потом он затих. Мы легли, но заснуть никак не могли. Мы лежали молча и все время прислушивались к утенку. Каждая из нас думала о следующем дне жизни с утенком. Никаких шорохов не было, и мы все постепенно заснули.
Неожиданно мы проснулись и увидели, что мама заглядывает в корзину (была настоящая летняя ночь, и темнота была неполной). Мама просунула руку в щель и поняла, что утенка там нет. Она тихонько вернулась к своей постели и шепотом сказала папе:
- Котик, утенка нет!
Мы замерли: «Как нет? Он должен быть где-то рядом, он ведь не умеет летать!». Мы расползлись по этому огромному сеновалу и изо всех сил вглядывались в полутьму.
Вдруг кто-то увидел его. Сомнений ни у кого не было: «Вот он, маленький, в нескольких метрах от нас». Утенок забился в угол. Все замерли. Папа на цыпочках пошел вниз за сачком для ловли рыбы, стараясь не скрипеть половицей.
С сачком в руках он, крадучись, поднялся на чердак, а мы напряженно наблюдали, как он неуклюже движется на цыпочках по сеновалу. Вот он тихо поднял сачок и резко опустил его на утенка.
- Готово! – закричал папа. – Есть!
Мы кинулись к утенку и схватились за… большой металлический крюк. Днем, разглядывая этот крюк, мы снова и снова убеждались: да, он удивительно похож на утенка.
Но в тот момент, когда в наших руках вместо утенка оказался этот крюк, все предшествующее напряжение нашло выход в безумном смехе. Я не знаю, кто над чем смеялся: над нашим ползаньем по сеновалу, неуклюжим подкрадыванием папы или над неожиданным финалом? Каждая из этих картинок была комична до немыслимости. И мы смеялись.
Лежа на сеновале, мы смотрели в вырубленное окно, через которое очевидно и улетел наш утенок. Мы вспоминали эту историю снова и снова. И радовались. Радовались дудочке, собирающей коров в стадо, и восходу солнца, и тому, что на даче так весело жить, и, конечно, тому, что наш утенок оказался достаточно взрослым и сильным, и мы совсем недооценили его возможностей.
Читать также:
В память о маме: "Искусство доверять"