Война всегда разная. Одни сидят в штабах армии и корпят над картами, другие заведуют складами продовольствия или боеприпасов, третьи ведут политическую работу, не прикасаясь к оружию, а самые последние (и их в армии подавляющее большинство) сражались на передовой. Иначе, видимо, нельзя: кто-то должен совершать подвиги, а кто-то писать наградные листы и похоронки. Но лейтенант Шумилин думал иначе.
Под артиллерийским обстрелом
Политрук Соков лежал в узкой щели. Во время обстрела его било и трясло вместе с землей. О животного ужаса тело сжималось в комок и политрук терял сознание. Каждый солдат роты испытывал те же чувства. Каждый миг Соков прощался с жизнью, В любую секунду к нему могла прийти смерть. И Соков боялся. Проблема состояла в том, что он боялся только за себя. Шумилину это не нравилось. Он тоже находился в тех же окопах, но действовал иначе. Лейтенант следил за обстановкой, отдавал приказания и держал руку на пульсе событий.
Соков поступал иначе. Он был на пять лет старше Шумилина и никогда в жизни не рисковал. Поэтому он остался в своей ячейке и стал ждать, чем обернется атака немцев. За оружие он не брался - стрелять, по его мнению, должны солдаты, а не политруки, для этого они и предназначены. Уже того, что он - Соков - находился на передовой, по его мнению, было достаточно для успокоения совести. Хотя, политрук с этим был не согласен.
Спасительный лес
Неподалеку от передовой находился лес, в котором укрывался весь старший командный состав. Туда и стремилась душа политрука Сокова. Зачем ему было так рисковать, когда стрелять по немцам из пулемета - не его дело!?
"Ротные политруки и офицеры батальона все сидят в лесу и никто их за это не преследует! А мы все-таки - полковые! Рота подчинена полку!" - примерно так мог говорить ротному политрук Соков.
Но его попытки завести разговор с неуступчивым лейтенантом терпели крах.
"Мне важно, чтобы солдаты видели своими глазами, что командир и политрук роты сидят на высоте и вместе с солдатами жизнью рискуют. ... У солдата уверенность появляется когда он верит в себя!" - отвечал испуганному политруку Шумилин.
И дальше добавлял совсем у крамольное по тем временам:
"Ты, политрук, должен служить примером ... бесстрашия! А я, извини, не видел ни одного из вас, который не прятался километров за пять во время боя. У вас появляется прыть только около кухни. Офицеры в ротах, батальонах и полках должны прикасаться к пище после солдат, из того же солдатского котелка и получать хлебово тоже не досыта. А твои друзья в силу человеческой слабости набивают себе желудок сполна".
О чем рассказывать пионерам
Шумилин "кипятился" и дальше, называл собратьев Сокова "отъявленными шкурами", говорил, что в будущем рассказывать пионерам об участии в войне Соков сможет лишь после того, как "посидит на высоте и понюхает трупного запаха".
Отвлечемся, однако, от вполне понятных страстей, которые испытывал командир пулеметной роты лейтенант Шумилин, глядя на своего политрука. Война - дело нелегкое. Каждый хочет на ней выжить. Это простой и очевидный человеческий закон. Генералы погибают на войне редко, гораздо реже сержантов и солдат. Политруки - тоже, ведь их задача...
P.S.
А в чем, собственно, заключалась задача политруков? Кто может это объяснить? Или без этой прослойки, от которой после войны активно избавлялся маршал Жуков, армия уже не армия?
Пишите ответы в комментариях и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить следующую статью
О неточностях и опечатках пишите автору