Где-то в потаенных уголках нашего сознания мы точно знаем, что не одни. Чувствуем чужой взгляд и прячемся от темноты, зажигая свет в пустых квартирах. Все мы слепы, как до недавнего времени была и я. Только я была лишена физического зрения, а большинство лишены астрального. Никого это не беспокоит, ведь мы так привыкли жить. Сложнее видеть больше, чем могут другие. И страшнее.
Мама сидела в своем кресле позади меня. Я чувствовала ее легкие прикосновения к моим волосам и старалась не открывать глаза. Я не перестану ее видеть, но снова и снова буду переживать боль потери. Видеть я ее не перестала, но от этого еще тяжелее, как и от мысли, что скоро нам придется снова расстаться. Только в этот раз навсегда.
Я боялась спросить у нее, какое же незаконченное дело держит здесь ее душу. Не хотела знать. А она сама не заводила этот разговор. Чувствовала, что я еще не готова. Поэтому мы вместе стали учиться помогать заблудшим душам. Начать решили с самых простых, с тех, кто ушел недавно и помнит себя и свои дела. Он уже появился в дверях нашей гостиной.
Призраки могут быть полностью видимы, но им так нравится, когда через них проходит свет, что большинство не утруждает себя принятием полной видимости. Но этот гость был не из таких. Мужчина, кажется, и при жизни гордился своим внешним видом. Черный пиджак, накинутый на белую рубашку, черные брюки и лакированные черные туфли. Усы задорно закручены вверх, а короткая бородка выглядит так идеально, будто ее только что уложили в салоне.
Я смотрела на него слишком долго, что мама сзади дернула меня за прядку волос, чтобы привести в чувство. Я сразу выпрямилась и заговорила с ним.
- Проходите, расскажите, чем я могу помочь.
Мужчина остался стоять в дверях. Он коротко хмыкнул и посмотрел на меня очень пристально. Я почувствовала, как что-то внутри головы щекочет меня. Будто кто-то вкладывал мне картинки в мозг. Мама шепнула "расслабься, я рядом". И я впустила калейдоскоп изображений в свою голову.
Маленький мальчик сжался в углу. Его отец кричит на него и замахивается. Ребенку очень страшно. Летят года, ничего не меняется кроме возраста мальчика и мужчины. И тут, мужчина уходит. Хлопает дверью и растворяется. Его будто и никогда не было. Вскоре мальчик взрослеет и сам становится мужчиной. Его мучает совесть, он хочет найти отца и поговорить с ним о детстве, прошлом и простить его. И вот, заветный адрес в руках, можно ехать. Но мужчина не решается, боится, откладывает. Движение картинок замедляется. Они больше не несутся так стремительно, они тянутся тяжело, как густой мед. Показывают одно и то же, как день за днем мужчина смотрит на адрес и трусит. Звонок в последний день раздается как гром среди ясного неба. Новая жена отца, так она представилась.
Женщина много плачет, всхлипывает. Ничего не понятно из ее длинного монолога, но удается выловить детали. Сердце. До утра не дожил. Попрощаться хотел, извиниться. Струсил.
Мужчина выронил телефон из рук. Все стало еще медленнее. Как будто кто-то поставил на паузу. И все кончилось.
- Вы просите найти могилу отца? Правильно? - я медленно встала с кресла, чтобы как-то оправиться от шока. Призрак кивнул.
Я не была готова к такому исходу. Я не ожидала, что мне будут показывать полную жизнь. Это оказалось сложнее, чем я думала. Но раз согласилась, нужно работать.
Не помню как, но мне удалось найти где похоронен отец этого мужчины. Когда мы пришли на кладбище, мне даже не пришлось говорить. Призраки увидели друг друга и начали что-то обсуждать. Один всплескивал руками, строил гримасы. Второй понуро опустил голову. Они не давали слышать, если сами того не хотели, но тут до меня донеслось: "Ты никогда ничего не мог добиться! Жалею, что на старости лет сентиментальным стал! Ты ужасный сын!" Я продолжала улавливать обрывки разговоров, пока мне не стало дурно. Закружилась голова, и я присела. Я почему-то не могла оставить своего "пациента" одного. Я хотела убедиться, что смогла помочь. Крики стали доноситься все сильнее. Отдавались болью в висках. А потом хлопок и все стихло. Они ушли. Освободились.
Это дело вымотало меня во всех смыслах. Первое и такое тяжелое. Надеюсь, дальше будет легче, когда я научусь не погружаться в проблемы так сильно.
