Моё первое знакомство с творчеством Вильнёва прошло восхитительно. Фильм «Убийца» порадовал хорошими знаниями внутренней кухни секретных служб США, а также отличными характерными ролями с выдающейся игрой. Аналогичные впечатления остались и после просмотра «Пленниц», также, с детективным уклоном.
В целом сложилось впечатление, что режиссёр знает толк в человеческих судьбах, разбирается в уголовных сюжетах и умеет подбирать актеров. Однако, на мой взгляд, все его умения распространяются только до границ фантастических фильмов. Иначе как объяснить массу допущений в «Дюне»? Но об этом в другой раз. Мы ведь здесь из-за «Прибытия» собрались.
По фильму
Так как картина своего рода фантастическая, сравнение с другим аналогичным проектом данного режиссёра неизбежно.
Буквально с первых минут просмотра мы знакомимся с главным героем — Йоханом Йоханнссоном, композитором. Ведь именно он спит на басовых клавишах рояля на протяжении всего хронометража. Лента не успела начаться, но мы уже погружаемся в эту волнительную ненужность: орущая ракетная тревога и сигнализация, ревущие моторы истребителей и вертолётов, а также бесконечные коротенькие инструментальные вставки. Речь пришельцев тоже заслуживает внимания: типичные чревовещательные звуки, аналогичные треногам из «Войны миров».
Цель такого хода понятна — нагнать атмосферу. Однако не совсем ясно, зачем нужно это форсирование.
Подобная ситуация была и с «Дюной», даже несмотря на то, что вышла она много позже. Картина словно создана для кинотеатров и выполняет роль исключительно иллюстрации к произведению, а не экранизации.
Сюжет фильма строится вокруг вторжения 12-ти инопланетных кораблей на Землю. На американскую точку высадки приглашаются двое выдающихся исследователей — астрофизик Джереми Реннер и лингвист Эми Адамс.
Отдельное слово нужно сказать о главных героях. Разумеется, в первую очередь все претензии должны ложиться на хрупкие плечи автора рассказа Теда Чана. Но не стоит забывать о том, что фильм — это отдельное произведение.
С первой сцены становится понятно, что героиня особенная.
Вопреки сложившемуся образу обычного преподавателя, за ней следует весьма смутный послужной список: оперативные переводы речи иранских террористов для разведки и знание практически всех языковых семей. Складывается образ некоего Индианы Джонса, первооткрывателя и исследователя. Однако неясно, по каким критериям выбирался ведущий учёный по работе с инопланетным разумом.
Кроме всего прочего, теряется функция астрофизика: помимо финального открытия это буквально просиживание штанов. Почему на знакомство с «инопланетянами» отправили не биологов, например?
Гонка вооружений
В связи с тем, что на контакт пришельцы вышли по всему миру, вся ситуация превращается в клоунаду и разгадывание шарады наперегонки. У каждой страны свой подход, но штатские ребята руководствуются только с австралийцами. С австралийцами, но не с Россией, на территории которой не один случай высадки, а целых два!
Кроме пропагандистского оттиска и привычной клюквы по типу «мы теряем связь с Анадырем!», стоит обратить внимание на отсутствие дисциплины и двойные стандарты.
Несмотря на то, что по прибытию на секретный объект у учёных изымаются средства связи, данное распоряжение не действует на обычных солдат. В расположении рядовые имеют право пользоваться ноутбуками и смартфонами с открытым доступом в Интернет. Разумеется, это было необходимо для развития сюжета, но стоило придумать и другое решение.
Не хотелось бы и дальше подробно обсуждать все огрехи данной картины, но поверьте, их там с избытком.
Дальше
Сюжет и атмосфера картины напоминает целый ряд других фильмов: некая научность «Интерстеллара», инопланетная загадочность «Прометея», хронологическая запутанность «Помни» и музыкальный ряд «Дюны».
Во время просмотра кажется, что смотрим мы что-то необычное, что-то из разряда уникального и заставляющего задуматься над сутью нашего существования. Но сразу после финальных титров запутанный клубок и лихо закрученная идея распутываются сами по себе.
Если хронология «Помни» навела в своё время шороху на весь Голливуд, то «Прибытие» это просто попытка. Попытка изобразить запутанность повествования, изобразить научную составляющую, которой нет. Вся составляющая картины — это просто символы. Образ корабля, образ пришельца, образ военной базы и образ напряженной ситуации в мире.
Для сравнения можно было представить и другой нолановский фильм, не важно. Просто нужно понять, что начало фильма — это его концовка, а прошлое — это будущее. В принципе, всё понятно, но без подробных объяснений, как в фильмах того же Нолана. Загадка и недосказанность должны присутствовать, но не до такой же степени?
Хороший открытый финал можно наблюдать в «Сопрано» или даже в фильме «Начало». Но здесь… Здесь просто не хватило хронометража.
Что мы имеем
Отличная художественная составляющая на фоне смутной картины повествования. Также я забыл упомянуть о том, что самую интересную исследовательскую часть нам не показали. Вместо этого, режиссёр воспользовался классическим закадровым голосом, что категорически не прибавляет баллов картине.
Закадровые пояснения — не всегда плохое решение. Но стоит помнить, что такой приём применяется довольно-таки редко. Ведь хорошая фотография никогда не требует толкований.
Мне не хватило подробностей: если вы посягаете на реалистичность и научность, то старайтесь идти до конца. Иначе получится такая ситуация, что инопланетяне выходят на связь с людьми как по расписанию в РЖД, то есть секунда в секунду.
Помимо всего прочего не ясна суть, то есть то, на что пытался сделать акцент автор: смысл фильма может быть в языках, времени, или объединении стран и общественности перед единой проблемой. Последнего, мы кстати, так и не увидим.
И всё же, Анна, твоя история началась тогда, в день, когда они отбыли. Даже зная, какой путь предстоит, куда он приведёт — я приветствую его, и я рада каждому мгновению.
Спасибо за внимание.
Орфография и пунктуация является авторской. Автор несёт некую ограниченную ответственность за точность и достоверность фактов, на которые он ссылается в своих сочинениях. Автор также не несёт дискурсивной и иной ответственности за непродуктивную трату времени, потраченного читателем на прочтение его статьи