1. Было время, я сочинял тексты, подолгу прогуливаясь по квартире, обдумывая философемы и их словесное выражение, даже предварительно проговаривая будущие тексты вслух… Лишь потом писал на бумаге, по нескольку раз правил, переписывал, перечитывал вслух, снова правил и наконец всё писал на пишущей машине сразу в четырёх — шести экземплярах. За исключением проговаривания и прогуливания это была чудовищно непроизводительная деятельность: возня с пером, бумагой, копиркой, лентой, которая норовила высохнуть или истрепаться. Если машина не электрическая, а мне приходилось писать именно на машинах без электропривода, надо было молотить по клавишам с бычьей силой. Подушечки пальцев разбивались в кровь, болели, замозоливались… А сколько времени занимали сверка цитат в бумажных изданиях книг, копания в энциклопедиях и словарях для уточнения вполне ничтожных сведений, к примеру, инициалов того или иного упомянутого в моём тексте человека... Эта романтика для книжного червя и книжной пыли. Для ни