«Омега» – название известное не только всякому жителю Севастополя, но и тем, кто приезжает сюда отдохнуть в летнее время. Этот микрорайон славится своим пляжем и довольно чистым морем.
Однако о происхождении названия знает далеко не каждый местный. Вроде как от формы уютной бухты, которая так и называется Круглой. Эту версию повторяет и всезнающая Википедия.
Откуда же на самом деле взялась «Омега»? Как она связана с юго-западом Петербурга? И есть ли в Севастополе «Альфа»?
Этот сюжет для небольшого исследования подсказал Николай Николаевич Гольцов – автор монографии «История Оранэлы – Стрельнинской трамвайной линии в документах и воспоминаниях».
Уже неглубокое погружение в источники обнаруживает точное происхождение топонима «Омега». Так назывался дачный поселок, который начал строиться еще в начале века петербургским предпринимателем Сергеем Константиновичем Максимовичем.
Максимович и Дачное
Для истории Оранэлы – первой русской «электрички» – Максимович сыграл ключевую роль, поскольку был одним из пяти соучредителей Общества Ораниенбаумской электрической железной дороги. Вторым соучредителем, кстати, был его компаньон Леонид Иванович Осташев.
Наиболее удавшимся проектом Максимовича и Осташева в Петербурге был дачный поселок на месте усадьбы Брюса. Его так и нарекли – Дачное. Это название до сих пор сохраняется на карте северной столицы, а современный Дачный проспект – ничто иное как главная улица (бывший Екатерининский проспект) того поселка. Более подробно о дачном буме на Петергофской дороге можно прочитать в статье петербургского краеведа Алексея Алексеева.
План посёлка был утверждён Строительным Отделением Петербургского губернского правления 7 (20) июля 1904 года. Он находился на выгодном вытянутым участке между Петергофской дорогой и Балтийской железной дорогой. Вдоль Петергофской дороги вот-вот должен был пройти трамвай (и в рекламе это всячески преподносилось как преимущество), а в 1909 году землевладельцы добились открытия платформы Дачное на железной дороге.
Таким образом «подписываясь» на строительство Оранэлы, Максимович справедливо рассчитывал не только на доход от потока пассажиров-дачников, но и на рост цены дачных участков своего поселка. Примерно, как сегодня дорожают квартиры, стоит хотя бы застройщику указать, что скоро в окрестностях появится станция метро.
В том же 1904-м году Максимович проявляет интерес к окрестностям Севастополя, а в 1910-м году перебирается в Крым. К этому моменту дела у Максимовича начинают расстраиватся, а в 1914 году Дачное будет продано за долги.
Прежде чем мы отправимся в Севастополь, несколько слов о самом основателе Дачного.
Сергей Константинович Максимович
Свет на неординарную личность Максимовича проливают исследования нескольких краеведов. Так Полина Патрикеева (проект «Былой Крым») обнаружила его портрет и соответствующие сведения в альбоме «Галерея Государственных деятелей».
Из них следует, что предприниматель был из потомственных дворян Черниговской губернии, родился в 6 сентября 1860 г. в имении родителей в Павлоградском уезде Екатеринославской губернии. Отец – коллежский асессор Константин Иванович Максимович.
Происхождение предпринимателя объясняет появление на плане Дачного южнороссийских названий: улицы Харьковская, Днепровская, Полтавская. Главный проспект – Екатерининский, вероятно, назван в честь императрицы, положившей начало освоению земель Новороссии. А одна из поперечных улиц названа в честь Ивана Васильевича Лешко-Поппеля, известного врача и общественного деятеля Екатеринослава, умершего за год до основания Дачного. По недоразумению составителей дореволюционной карты улица Лешко-Поппеля превратилась в две улицы – Лешко и … Нобеля. Она станет началом современного проспекта Ветеранов.
По окончанию 3-й Харьковской гимназии Сергей Максимович слушал лекции на медицинском факультете Императорского Харьковского университета; занимался сельским хозяйством и некоторое время служил начальником Коммерческой службы казенной железной дороги. Числился прапорщиком запаса.
Сергей Константинович занимался благотворительностью, состоял членом нескольких обществ. Так с 10 апреля 1904 г. определен на должность попечителя детских приютов Ведомства Учреждений Императрицы Марии. Летом 1905 г. владелец Дачного открыл в своем поселке лазарет на 15 коек для раненых в Русско-Японской войне. Персонал лазарета состоял из заведующей, врача, фельдшера, 2 служителей и кухарки. При выходе из лазарета каждому раненому выдавалось пособие (от 3 до 5 рублей), нательное белье, рубахи и валенки. В 1904-1908 гг. Максимович бесплатно предоставлял в своем имении дачи для летнего пребывания 300 воспитанников приютов петербургских благотворительных обществ.
Отдельным увлечением Максимовича было воздухоплавание. На свои средства он изготовил воздухоплавательный аппарат и продемонстировал его в Петергофе императору. Об этом сохранилась запись в дневнике Николая II:
19-го июня (1904 г.) Суббота.
Простоял чудный летний день без дождя. Имел три обычные доклада. Завтракали Ольга и Петя (деж.). В 2 1/2 поехал с Петюшей к Самсоньевскому каналу, около которого стояла команда учебного воздухоплавательного парка с новыми усовершенствованиями и вьючным обозом. При мне проделали всю манипуляцию надувания воздушного шара, кот. поднялся на привязи через полтора часа работы. Вернулся домой в 4 1/2.
Все виденное мною имущество для вьючного парка пожертвовано любителем воздухоплавания дворянином Максимовичем.
По результатам испытаний был сформирован двухротный Восточно-Сибирский полевой воздухоплавательный батальон, который принял участие в Русско-Японской войне. А в 1908 году статский советник С.К. Максимович стал одним из учредителей Императорского Всероссийского аэроклуба.
Личное знакомство с императором помогло дворянину решить пикантный вопрос. Эти, как и некоторые другие использованные нами сведения о Максимовиче, найденыв архивах историком Юрием Манойленко. Так 15 июля 1908 г. будучи холостым С. К. Максимович подал прошение на высочайшее имя о даровании прав потомственного дворянства своей дочери Елене (родилась 26 мая 1884 г.). Ребенок был от внебрачного союза Сергея Константиновича с вдовой Натальей Иосифовной Миранди. В октябре того же года император даровал право носить фамилию «Максимович» и отчество «Сергеевна». На карте Дачного, кстати, существовала улица Еленинская.
Теперь самое время отправиться на берег Черного моря...
Где находилась «Альфа»
На волне интереса к недвижимости в Крыму Максимович к 1904 году совершает одновременно две покупки на благословенной земле:
1. Покупает себе усадьбу «Альфа» на Балаклавском шоссе.
2. Вкладывается в строительство дачного поселка «Омега» – в дело, которое он хорошо понимал.
С большой вероятностью он и переезжает в 1910-е годы в Крым.
Дачный поселок, свой последний бизнес-проект, Максимович называет «Омегой». И название это связано с его личной усадьбой, которая называлась … «Альфа».
Какое место в Севастополе и его окрестностях называется «Альфой», сейчас не назовет даже искушенный краевед. А вот название «Кальфа» очень даже известно. Печально известно.
Кальфа – это главное городское кладбище Севастополя, которое появилось в 1960-е годы рядом с хутором, носившем это название. Кальф – известная в Крыму фамилия. В Севастополе жили два морских офицера – братья И.Ф. и К.Ф. Кальфы. Один из них и был владельцем близлежащего хутора. Таким образом, «Альфа» возможно топонимически связана с «Кальфой», хотя нельзя сказать, что они рядом.
Название «Альфа» мы встречаем в «Практическом иллюстрированном Путеводителе по Крыму» Г.Г. Москвича (издание 1904 года):
Поселок «Омега» Максимович основывает одновременно с «Альфой». В том же путеводителе издания 1904 года читаем:
В 8 верстах от Севастополя, по направлению к Херсонесскому маяку, по берегу Круглой (Песчаной) и Камышевой бухты находится имение «Омега» С.К.Максимовича.
С целью образовать вблизи Севастополя дачный поселок, владелец разбил его на 245 отдельных участков, которые распродаются.
До Крымской войны в этих местах находилась грязелечебница военного ведомства. Существовало соленое озеро, отделенное от моря песчаной пересыпью, а окрестности были богаты целебной соленосной глиной. Ученый-гидробиолог Сергей Алексеевич Зернов в 1911 г. писал, что «вода там необычайно прозрачна, все дно ясно видно, как в аквариуме, даже чище; населяет бухту богатая фауна чистой воды». В посёлке появились молочная ферма и питмоник растений. В 1912 году автор путеводителя добавляет:
В имении, в течении всего лета устроено собственное ежедневное сообщение с городом (дилижанс? – авт.), основана молочная ферма, имеется обилие артезианской воды, около 4-х верст береговой полосы, хороший пляж, чудное купание, целительный климат и пр.
В «Омеге» продаются дачи.
Вот такая ненавязчивая реклама.
Рядом появились еще два дачных посёлка: Гавриловка и Электра. К 1914 году они юридически были объединены с Омегой. Как раз к этому времени, как мы помним, происходит и закат звезды Максимовича.
Конец лорда Раглана
Остановимся на исторической детали, которую включает автор путеводителя в свой экспресс-рассказ об «Альфе».
Французское кладбище, которое автор указывает как ориентир – существует и поныне, сохраняя достойный вид. Также в путеводителе одним словом обозначается и военная история усадьбы, которую приобрел Максимович.
Ранее «Альфа» называлась хутором (усадьбой) Бракера (по имени владельца – русского генерала Августа Богдановича Бракера). К моменту покупки Максимовичем хутор называется уже Николаевкой по имени владельца Николая Ивановича Тура. Сегодня это остановка 7-й километр Балаклавского шоссе (ориентир ТЦ «Домино»).
Здесь действительно во время Первой героической обороны Севастополя (1854-55) размещалась ставка командующего английской армией лорда Раглана. Оно и понятно. Усадьба с добротным домом и богатым садом находилась удобно примерно посредине между осажденным Севастополем и Балаклавой – главной базой оккупационных сил Британии. Отсюда же легко было добраться и до лагеря союзников-французов в Камышовой бухте.
Будущая «Альфа» станет «омегой» для Раглана, ибо в этой усадьбе он умрет от холеры 16 июня 1855 года. Окружающие единодушно утверждали, что его погубило поражение союзников — неудачный штурм севастопольских позиций 6 июня (осада Севастополя длится уже почти год!). «Лорд Раглан умер от огорчения и подавившей его тревоги, умер как жертва неподготовленности Англии к войне», — говорит в своих воспоминаниях генерал Вуд.
На хуторе Бракера, около колодца, англичане установили гранитную плиту, указывающую, что здесь умер лорд Раглан. В доме генерала поместили аналогичную мемориальную доску и еще одну — с именами Раглана, Симпсона и Кондригтона — живших здесь последовательно друг за другом английских главнокомандующих.
В каком-то виде все это сохранялось и во владение усадьбой Максимовичем. А сама усадьба попала на одну из гравюр известной севастопольской серии англичанина Уильяма Симпсона, а также на гравюру Н.В. Берга.
Севастопольская Оранэла
Зная по петербургскому опыту, как «транспортная доступность» в виде даже проектируемой трамвайной линии влияет на стоимость дач, Максимович не мог не думать о нечто подобном в окрестностях Севастополя. В общем-то и до революции выдвигались проекты трамвайной линии между Севастополем и Балаклавой и даже электрической железной дороги до Ялты (автор проекта – знаменитый инженер и писатель Н.Г. Гарин-Михайловский!).
Но построить действующую трамвайную линию Севастополь – Балаклава удалось только в непростые 1920-е годы. Начиналась она на пл. Ушакова, а заканчивалась в Балаклаве примерно там же, где и сегодня конечная многих маршрутов – на пл. Первого мая. Это кажется невероятным, поскольку сегодня даже севастопольский троллейбус добирается только до 5-го километра. Но Балаклавская линия успешно работала до войны. Лишь с наступлением немецких войск была разрушена полностью.
Автор не склонен к мистике. Но трудно пройти мимо того факта, что Максимович и его мечта о пригородном трамвае оказалась своеобразно увековеченной в советское время. Если мы откроем схему Балаклавской линии (воспользуемся замечательной книгой С.А. Тархова «Первый в Крыму: История трамвая и троллейбуса в Севастополе»), то одна из остановок так и называется: «8-я верста – хутор Максимовича».
Что свидетельствует о том, что «Альфа» служила устойчивым ориентиром.
Сама же усадьба после революции была национализирована и стала основой для совхоза «Севастопольский», который первоначально продолжал называться «Альфа»!
Путеводитель 1925 года, расписывающий вариант 14-дневного путешествия по ЮБК, на 5-й день рекомендует добраться на трамвае до совхоза «Альфа», а там на выбор: совершить пешее путешествие в Балаклаву через Георгиевский монастырь или до Байдарского перевала. Можно попробовать и сегодня, заменив трамвай другим общественным транспортом.
Судьба «Альфы» и «Омеги»
От построек «Альфа» ничего не осталось, кроме разве что каких-то осей планировки по левой стороне Балаклавского шоссе в районе остановки «7-й километр».
Усадьба, судя по картам и фотографиям, находилась у старого Балаклавского шоссе, которое проходило в балке за современным ТЦ «Домино». Наложение старой карты с хутором Николаевка показывает на участок между Компасным пер., Стрелковым проездом и Урожайной улицей. Он до сих пор не освоен.
Не сохранилось практически ничего и от «Омеги». Гражданская война и голод в Крыму не способствовали его процветанию. Перепись 1926 года описывает хутор «Круглая бухта омега» в составе Новоземельского поселкового совета скромно:
Население составляет 82 человека + 18 временно прибывших. Детей 7 (??? – авт.). Подавляющий нац. состав русские, украинцы, греки, евреи, немцы и др.
Дворов 38, из них не крестьянского типа 23.
В газете «Маяк коммуны» (7 ноября 1933 года), корреспондент «оттаптывается» то ли по «Альфе», то ли по «Омеге» Максимовича и его мечте о райском дачном поселке:
Здесь выращивается мясо для рабочих-ударников.
Дачи, занятые совхозом, в которых пьянствовали и развратничали,
«отдыхали» городские головы, инженеры (! - авт.) Максимовичи
и прочая белая «знать», не знали электрической лампочки.
Теперь здесь электрический свет для 2.500 свиней...»
Судя по немецкой аэрофотосъемке к 1941 году поселок толком не был достроен. Тем не менее благословенность этого места никуда не делась. На основе национализированного посёлка возникли климатическая станция, дом отдыха, пионерские дачи. До последних дней Советского союза существовал пионерлагерь «Омега». Сейчас на месте бывших дач рекреаци
После войны остатки «Омеги» снесены под строительство новой застройки. Нет и захоронения Максимовича, который с большой вероятностью умер в Крыму и был захоронен в своей усадьбе. Обломки мемориальной доски Раглана вроде как нашли в 80-е годы на Английском кладбище.
Но мы точно знаем, что у всякой «омеги» есть своя «альфа».
Если вам понравился рассказ, ставьте, как говорится, «лайк». Подпишитесь на канал, если хотите вместе с нами больше узнать о Петербурге и его Юго-Западной части. Это поможет нам его развивать.
Приходите на наши экскурсии, подробная информация о них – на нашем сайте www.oranela.ru
Смотрите небольшие ролики на You-Tube канале OranelaTV
Подписывайтесь на нашу группу ВКонтакте или Facebook
Пользуйтесь нашими бесплатными аудиогидами по Музею Оранэлы и «Миру Оранэлы» на платформе izi.TRAVEL