Новая «Кармен» в Парижской национальной опере
Бессмертная «Кармен», увиденная в Париже, — казалось бы, что может быть лучше? Великая опера в городе своего рождения, хотя и отвергнутая здесь первоначально, но впоследствии снискавшая множество триумфов. Во французской культурной среде, в самом сердце Франции – самая известная французская опера: увидеть её здесь, на циклопической сцене Оперы Бастилии, словно созданной для масштабных постановок, для настоящей «гранд-опера» — мечта любого меломана!..
Не стоит обольщаться: ничего более отвратительного автор этих строк не видел на парижской сцене уже многие годы. Причём отвратительного дважды: и как спектакль, и как музыкальное исполнение.
«Кармен» давно не шла в Парижской Опере: эта премьера – первое обращение к французской опере номер один за последние двадцать лет. Казалось бы, для столь знаменательной премьеры стоило бы предложить что-нибудь более талантливое и более традиционное. Но было решено иначе: на постановку призвали драматического режиссёра Ива Бонэ, который не нашёл ничего лучшего, как перенести действие севильской драмы в постфранкистскую Испанию, насытив её многочисленными признаками кризисного общества, в одночасье лишившегося «твёрдой руки» и не знающего, куда качнётся маятник, куда кораблю плыть. Бандитизм, наркотики, проституция – вот та среда, в которой развивается действие этого спектакля. Табачная фабрика в первом действии – полуразвалившийся ангар с проваленной крышей, приют контрабандистов – железнодорожная станция. Всё было бы ничего, но мотивов, почему именно эти объекты выбраны в качестве места действия оперы, уловить трудно. Всё драное, обшарпанное, убогое (сценография Дамьена Кель-Перре) – вот, на что вынужден смотреть зритель. Понятно, что этнографически избыточные, «праздничные» постановки этой оперы, которые были столь популярны в прошлом, сегодня считаются старомодными. Но, право, «помойный» антураж современной оперы тоже поднадоел изрядно.
Эпатаж продолжается в образах главных персонажей. Загримированная под Мерелин Монро Кармен (костюмы Жана-Даниэля Вилермо) смотрится дешёвой проституткой – блондинка в чёрной комбинации с вульгарными и неизящными движениями. К тому же прославленная Анна Катерина Антоначчи уже не в том возрасте, чтобы смело обнажать плечи и зону декольте: она напоминает престарелую матрону, силящуюся молодиться, если не содержательницу борделя. Эскамильо в костюме Элвиса Пресли – избитый ход современной оперы, своего рода нафталин и штамп наших дней, виденный уже в десятках постановок. Глупышка Микаэла, которой под юбку залезают все солдаты гарнизона, в котором служит Хозе, — образ в корне противоречащий тому, что задумывали авторы оперы. Тупой вояка и развратник Хозе, животное, помешанное на сексе – и это романтический герой, трогательно поющий арию с цветком? Дикая и бездарная перелицовка романтических образов, предпринятая неизвестно для чего.
К сожалению мало что добавляет постановке её музыкальное решение: за исключением оркестра и хора, выпестованных и вымуштрованных настоящими профессионалами Филиппом Жорданом и Патрисом Мари Обером, всё остальное удручает. Антоначчи демонстрирует явные признаки возрастного увядания, к тому же её голос, заточенный на Россини, мало сам по себе подходит для чувственной музыки французского романтизма. Николай Шукофф увлечён созданием образа «безбашенного мачо» и совсем забывает о вокале – поёт грубо, нахраписто, и постоянно проигрывает борьбу с высокими нотами, которые в этой партии не так уж и высоки. Даже благородный Людовик Тезье в партии Эскамильо выглядит бледно: лучший баритон французской сцены давится на низах, покрикивает, форсирует. Партия откровенно не его: совершенно непонятно, зачем он за неё взялся. Его лирический, рафинированный голос совершенно проигрывает битву с этой коварной ролью. Единственная, кто на высоте с точки зрения вокала, это Женя Кюхмайер: хотя образ Микаэлы, который ей вменил режиссёр, отвратителен, поёт Женя очень хорошо – тёплым, нежным, проникновенным голосом, не лишённым, тем не менее, решительных интонации. Голос льётся свободно, он ровный, замечательный в любом диапазоне.
Увы, превосходного пения Кюхмайер и яркой оркестровой игры подопечных Жордана слишком мало для того, чтобы получить позитивные эмоции на этой «Кармен»: искренне никому не советую идти на эту в высшей степени сомнительную постановку. Публика Оперы Бастилии со мной солидарна: более агрессивных «бу!» в этом зале, пожалуй, мне и не приходилось слышать.
20 января 2013 г., "Новости оперы" (под псевдонимом)