Родоначальником русского рэпа можно считать пьяного предка, который бормочет на кухне, используя в виде "подложки" радиоточку, то повышая голос, то вновь переходя на шепот, примерно как Конкин с Павловым. По тексту это чаще всего был гэнста - ".... рваные, волки позорные" и т. д. но всплывали темы и героические, про то, "сколько наших ребят чехи-фашисты положили, а мы их кормим, а мы им строим". Несомненно такой предшественник намного удобней и симпатичней чернокожих гарлемских пионеров, чьи имена нынешние условно сорокалетние беспрепятственно успели узнать из ранних передач MTV. Переход к разговорному жанру облегчили мастера русского панк-вокала, у которых имеется безусловный эталон, и это не англоязычные Роттен или Биафра, а покойный актер Толоконников, чей персонаж и внешне и "вокально" затмевает всех героев этого пантеона, как живых, так и мертвых. Облегчили в том смысле, что патриотические артисты старой школы, конечно же, умели петь. И Бернес, и Утесов, и diseuse Шульженко, не