Долго думал, надо ли вообще мне поднимать эту тему? Ну, раз уж я взялся писать краткий курс истории Свердловска, надо держать марку.
Началось страшное десятилетие с торжества демократии. Надо сказать, большинство из нас, в то время, были отравлены ею. Уж очень достал всех лысый балабол, доказавший, что страной может править не кухарка, а вообще пустое место. В начале января 1991-го этот, с позволения сказать Нобелевский лауреат мира допустил кровопролитие В Вильнюсе и Риге. То есть крови пролитой в диких регионах Союза, где за ружьё хватались всегда по поводу и без повода ему было мало. Надо было добавить кровь европейцев. Помню, в вину русских солдат не поверил сразу, но ведь это не важно. Важно, что главный по стране совсем не контролирует ситуацию. Поэтому я, в первый и последний раз, вышел на митинг. Не за курратов прибалтийских, им я уже не верил, слишком хорошо зная. Я вышел против бездарности во власти, потому что страна трещит по швам, а он, того и гляди, себе на язык наступит. Толпа была приличная, позови кто-нибудь с трибуны на штурм хоть чего, снесли бы что угодно и замешкавшихся затоптали бы. А я во втором ряду, мою рожу даже в газете "На смену" напечатали.
Дальше был Всесоюзный референдум о сохранении СССР, с ужасно сформулированным вопросом, на котором большинство жителей Свердловска проголосовали против. Просто потому, что никакой Союз, под руководством Горбачёва мы не хотели. Хоть старый, хоть обновлëнный. Пример Югославии уже был, хотя мы и не знали ещё, во что там выльется. Но югославский вариант в ядерной державе пугал ужасно. Затем был Путч, когда под Свердловском было сформировано резервное правительство России, во главе с Олегом Лобовым. Эйфория революции была невероятная, все болели за осаждëнных в Белом Доме, ну и всё оттуда вытекающее. Лично я протрезвел на моменте варварского сноса памятника Дзержинскому. Это было так омерзительно, так по-холопски, что, с этого момента я стал плавно перетекать из либерального лагеря в патриотический.
А город жил своей жизнью.
23 сентября 1991 года Свердловску было возвращено историческое имя Екатеринбург. Президиум Верховного Совета РСФСР утвердил решение внеочередной сессии Свердловского городского Совета народных депутатов от 4 сентября того года «О восстановлении исторического названия города». Переименование не затронуло Свердловскую область. Ох, помню, как меня тогда это выбесило! Люди, которые трындели о демократии, переименовали город, не проведя элементарного опроса, я уж молчу о референдуме. Большинство не просто против, я, например, до сих пор выговорить вот это "Екатеринбург" не могу. Ну и обидно было, что с революционером мы название не связывали, а вот мировая слава городу пришла всë же в период Свердловска. Короче, стало понятно, что демократия это жëстче, чем коммунисты.
Дальше всë происходило, как во всей стране. Приватизация, бандитизация. Уралмаш, уникальнейший завод скупил Бендукидзе заезжий. По слухам, за багажник Москвича, набитый ваучерами. А может и не ваучерами, но всё равно даром. Вообще, в городе не были приватизированы только ФГУПы, да и то потому, что они оборонные. Хотя врагов, всё равно пустили. Один из самых крутых заводов, уникальнейший, много лет находился под сайентологами. Кто не в курсе, эти ребята не скрывают свою связь с ЦРУ. Рядом завод, полувоенный под Свидетелей Иеговы попал, многие школы были оккупированы мунитами. В общем, каждой бы твари, да по харе. Область Россель так сильно раздербанить не дал, часть заводов удалось спасти, по крайней мере от первой, самой дикой волны приватизации. У Чернецкого таких проблем с совестью не было. Не зря же, последние годы на него работал Ройзман. ОПГ в городе тоже были. Две большие и куча мелких, плюс синие, которые, вроде, по понятиям. Поэтому и стреляли на улицах и прямо с конвейера могли работниц на "субботник" отправить, якобы брак отрабатывать. Или недостачу. И в лес за долги вывозили, меня вон, вообще за чужой :), хотя стресс был настоящий.
Что меня бесило тогда больше всего? То, что открыть дело можно было только в сфере купи-продай. Производство открыть было не реально совсем. Рискнувшие прогорали. Так как торговля это не моë, меня это угнетало. Мне надо, чтобы результат моего труда был виден. Но мы и это пережили, тем более, что молодость помогает выживать.
Екатеринбург строится даже активнее Свердловска. Единственно, что не радует - у этих ребят нет никакого понятия о красоте и эстетике. Застроили город безобразно, снесли много знаковых старых зданий, но какой смысл переживать там, где ничего не в силах изменить. Тем более, что Москва, устав от почти физической войны мэра и губернатора, поставила нам тюменский десант, ни дна ему не покрышки. Вот когда свергнем это иго, тогда и исправлять будем, что накосячили.