Найти в Дзене
Нюта Федермессер

Я - учитель. Мой новый год всегда начинается не 1 января, а 1 сентября. Но на самом деле - даже раньше. 31 августа.

Я - учитель. Мой новый год всегда начинается не 1 января, а 1 сентября. Но на самом деле - даже раньше. 31 августа. Последний день лета - это день папиного рождения. Это всегда был последний дачный день. Последний день каникул. Мы все собирались за большим столом на веранде и отмечали последний день лета, новый папин год и новый учебный… Сейчас папе было бы 92 года. Теперь в день его рождения мы с детьми ходим на кладбище. Донской монастырь, в центре Москвы. Стояли вчера там, ставили в вазу осенние, очень школьные по виду букеты, показывали папе подросшего и похудевшего Мишку. И там - у могилы родителей - куда я прихожу то ныть, то хвастаться, то докладывать новости - я думала о Михаиле Сергеевиче Горбачеве. Умер человек, чья жизнь дала родителям почувствовать, что они стали свободны. Горбачев позволил родителям наконец-то выдохнуть, расправить плечи. Они поверили, что смогут ездить по миру, читать и говорить то, что хотят, смогут попасть в архивы и узнать историю своей семьи и близк

Я - учитель. Мой новый год всегда начинается не 1 января, а 1 сентября. Но на самом деле - даже раньше. 31 августа.

Последний день лета - это день папиного рождения. Это всегда был последний дачный день. Последний день каникул. Мы все собирались за большим столом на веранде и отмечали последний день лета, новый папин год и новый учебный…

Сейчас папе было бы 92 года.

Теперь в день его рождения мы с детьми ходим на кладбище. Донской монастырь, в центре Москвы. Стояли вчера там, ставили в вазу осенние, очень школьные по виду букеты, показывали папе подросшего и похудевшего Мишку. И там - у могилы родителей - куда я прихожу то ныть, то хвастаться, то докладывать новости - я думала о Михаиле Сергеевиче Горбачеве.

Умер человек, чья жизнь дала родителям почувствовать, что они стали свободны. Горбачев позволил родителям наконец-то выдохнуть, расправить плечи. Они поверили, что смогут ездить по миру, читать и говорить то, что хотят, смогут попасть в архивы и узнать историю своей семьи и близких. Они говорили, что теперь, если у нас с сестрой родятся мальчишки - уже можно будет не бояться армии, потому что войны не будет. Они поверили, что фраза «наши дети будут счастливы» больше не мантра, а реальность.

И вот я стою у папиной могилы. Знаю, что снова начинается учебный год, что жизнь продолжается, что снова впереди «трудное время», но Мишка все равно будет счастлив, потому что это юность… Вспоминаю, что умер человек, про которого папа с гордостью говорил «мы с Горбачевым одногодки». За этой фразой стояло столько всего: они оба помнили начало войны и похороны Сталина, они оба знали, что такое освоение целины, запрещенная литература, ГУЛАГ, репрессии…

Папа умер 6 лет назад. Горбачев - только что. Горби появился, и с ним изменилась жизнь. Горби умер, и жизнь изменилась обратно. Одну "непростую эпоху" в жизни нашей страны прожили папа и Горбачев. Другую "непростую эпоху" перемен прожили мы с сестрой. И теперь (уже без мудрого деда, которого мои дети очень любили, и без Горбачева - о роли которого в нашей судьбе они ничегошеньки не знают) моим детям снова предстоит "непростая эпоха".

Да. У папы день рождения, умер Михаил Сергеевич, снова в школу, и снова… дети вместо цветов. Снова милосердие выше справедливости, а точнее - милосердие и есть справедливость.