Мужчина начал в бутылку заглядывать. Жили-жили, и вдруг случилось. Может, гены? Отец у него когда-то страдал тем же. Раз попробовал – очень понравились ощущения.
Началось не сразу, сначала по пятницам, а затем мысль: почему бы в субботу не повторить?
Старался сдерживать себя, но процесс, как говорится, пошел. Теперь пятница, суббота и воскресенье.
В понедельник появлялся на работе с красными неприятными пятнами на лице, а еще запах, а еще трясущиеся руки.
Жена запаниковала, потребовала лечиться. Напрягся, сходил к какому-то доктору, но не помогло, напротив, больше и чаще стал выпивать.
Тогда бедная жена разводом решила напугать, только и эта мера оказалась недейственной: не испугался мужчина.
Последнее условие – кодировка. А ему неприятно, понимаете, вчера еще расслаблялся, а сегодня нельзя. Как жить-то? Радоваться чему? Жизнь станет неинтересной без такой расслабухи.
А еще боялся, что нервы сдадут, станет раздражаться по любому поводу.
Позвонил старому верному другу, о котором не думал долгое время:
- Ванька, друг, погибаю я, что делать – не знаю. Выход в кодировании, но рука не поднимается, ведь себя же злостью разрушу.
Ванька будто не услышал, а предложил отправиться с ним на охоту – как раз пора пришла. Только нужно на работе отпроситься:
- Возьмем пару пузырей, побродим по лесу, накатим потихоньку, ты и отвыкнешь.
Сказано – сделано. Забрались в ужасную глушь: тайга и тайга, маленькая неказистая избушка. Вечером приготовили дрова, принесли чистой ключевой воды, сварили суп в котелке, сели ужинать. А пузыря нет.
Ванька сказал, что дома забыл, потому что торопились.
Расстраиваться глупо, ругаться – тем более. Промолчал зависимый от алкоголя человек.
Дни потянулись, погода испортилась, но на охоту ходили, вечерами в избушке разговаривали.
Не буду долго рассказывать. Просто Ваня позвонил начальнику своего друга и попросил отпустить:
- Он к вам обратится, не препятствуйте, пожалуйста. Если мы с вами не поможем – скатится человек.
И отпустили его на месяц.
Вернулся другим. От лесного воздуха и длительных таежных переходов посвежел, и душа успокоилась.
Не знаю, как там у них с продуктами и прочим было – не так и важно. Когда прощались, Ваня сказал: «Слово мужчины дай, что не вернешься к прежнему. По этому самому слову уважать тебя буду».
Пожали друг другу руки, слово было дано.
Иногда мужская дружба сильнее всех докторов на свете.