Как-то было мне не по себе: такое ощущение, что душа разрывается, и нет покоя. Тревога голову кружила, и темно в глазах.
Покойная бабушка говорила, что это бесы расшалились.
Вышел из дома, иду по улице, справа и слева небольшие одноэтажные дома.
Вижу – на подоконнике кошка необыкновенной красоты, сидит и изящно умывается, как это могут только они – кошки.
Остановился, глаз не могу отвести. Понимаю, что неприлично: что люди подумают?
Киса взгляд почувствовала, перестала красоту наводить, на меня посмотрела.
Я – поживший, много видевший на своем веку человек, и она – милое грациозное создание – смотрели друг на друга.
И тут мне показалось, клянусь вам, что она улыбнулась. Игры воображения, наверное, но все-таки.
Улыбнулась и улыбкой своей «бесов» прогнала. И легко стало, словно лет пятнадцать сбросил. Пошел весело дальше, на ум песенка пришла.
Через кошечку светлое на меня снизошло.
Или еще случай.
Есть у меня приятель в Екатеринбурге. Постарше – ему за семьдесят. А у него старенькая мама – сто два года, живет с младшей дочерью где-то под Оренбургом.
Звонит сын матери каждый день не по разу.
И вот как-то сообщил, что поясница отнялась, потому что диван тяжелый отодвигал, и сейчас сидит, ходить не может, свет не мил:
- Второй день, мама, сижу, надоело все, и себя ругаю за диван, надо было сына позвать.
А старушка сказала:
- Чего ноешь? Мне сто два, только рассказывать не буду, что у меня, потому что нехорошо. Пройдет твоя спина, а себя в руках держи, нечего нюни распускать.
Рассмеялся, старенькую маму поблагодарил за «науку». И чудо – в этот же день боли ушли.
Мамы наши чудесные, дай вам Бог здоровья. И вам, если вы мамы, тоже дай Бог здоровья, хорошие вы у нас.