В иллюминаторе самолёта проплывали подёрнутые дымкой, поэтому, пожалуй, и не игрушечные, хребты, речные долины. Устья рек, впадающих в Карское море, поражали воображение: справа Енисей, слева Обь – и сами они кажутся сверху морями. Если бы географию можно было изучать в самолёте, то это были бы самые увлекательные уроки))). Набежавшие перистые облака напомнили огромные ангельские крылья, и прошедшее путешествие показалось теперь наполненным какого-то небесного присутствия.
…Год назад на Алтае в нашей группе был интересный турист плотного телосложения с окладистой рыжей бородой и горящими глазами. Не будучи туристом в практическом смысле этого слова, он тем не менее был открыт приключениям и испытаниям, стоически терпел лёгкие бытовые неудобства, всегда рассудительно увещевал паникёров и раздражающихся. Оказался священником.
-Как тебя называть: «Отец Борис или брат Борис», - попытался пошутить я.
- Лучше просто: Борис, - ответил он. Шутка была неуместной. Я проникся уважением к этому порой неловкому, в чём-то неуклюжему человеку. Его настрой всегда отличался оптимизмом, уравновешенностью и внутренней силой. Однажды, после дождливого вечера и беспокойной ночи на плато Укок, мы проснулись под снежный залп. Промозглая погода и серое небо вызывали желание быстро свернуть лагерь и спуститься в долину.
-Эх, жалко, что чаю не попить, - в сердцах посетовал я.
- Почему же не попить? – спокойно так возразил Борис.
-Так промокли все дрова, разведём ли костёр, - засомневался я.
- С Божьей помощью, - ответил он. И выразил полную готовность быть полезным.
Я нащепил дров, в далёком кармане разыскалась береста, потихоньку разгорелся костёр, закипел котелок, заварился чай, а потом и сварилась каша. Прошло немного времени, и сквозь тучи вышло солнце, тихо осветило забелённые склоны, речку – мир включился! Группа была сыта, бодра и весела. Той ветреной утренней непогоды не осталось и следа. Тогда я и ощутил это состояние. Борис своим присутствием рядом менял внутренний настрой, а с ним и реальность…
… Когда мы прибыли под вулкан уже вечерело. Красивое место, ровная площадка, но что-то вселяло беспокойство. Неутихающий ветерок. Он дул с одной и той же стороны и укреплялся с каждой минутой. Вырывал из рук полиэтиленовые пакеты, туристические коврики, а вскоре – поднимал, как гелиевые шарики палатки. Даже огромную кухонную палатку, прижатую булыжниками со всех сторон, приходилось держать изнутри за стойки двум добровольцам. В конечном счёте, палатку-столовую пришлось привязать верёвками к ЗИЛу – вахтовке, что нас затащила в эту даль. Под порывами ветра удалось сварить наваристую уху, скипятить чай, а потом ветер дал нам паузу для приёма пищи.
- Через два часа усилится, - сообщила Лена, наш гид, - по прогнозу до 40 м/с.
Увы, американские метеоспутники, ткавшие прогнозы для Лены, редко давали сбой. Лёжа в палатке, я тревожно вслушивался в нарастающие завывания и трепещущий грохот палаточных тентов. Добавлял бессонницы и непройденный пока временной разрыв.
«С Божьей помощью», - пришла мысль, словно нашептал кто-то. Я глубоко вздохнул и сразу провалился в безмятежный сон. Наутро все палатки были на земле, никто не улетел)))