Недавно похоронили человека, на разу за свою долгую жизнь не ответившего честно и прямо ни на один вопрос. Многие стали порицать его

Недавно похоронили человека, на разу за свою долгую жизнь не ответившего честно и прямо ни на один вопрос. Многие стали порицать его, проклинать и желать ему адских мук. Внесу и я свои субъективные две копейки в осмысление его роли.

Впервые я понял, что это человек с двойным дном, глядя на его поведение во время выступления Сахарова на первом съезде народных депутатов СССР в 1989 году. А когда спустили на тормозах антикоррупционные расследования Гдляна и Иванова, я окончательно убедился в том, что перестройка не ставит цели перестроить существующее. Подлинные её цели мне на тот момент были, разумеется, ещё неведомы. ( Пересмотрел, кстати, интервью Гдляна, где он подтверждает мою давнишнюю догадку о том, что рыба начала гнить именно с головы. Горбачёв самолично остановил его расследование.)

Когда его заблокировали на Форосе, я по наивности даже размышлял о том, что надо ехать и освобождать его из плена. Благо, находился тогда на археологической практике в Севастополе. Сейчас я думаю, что он был своему пленению даже рад, поскольку путчисты помогли ему снять с себя груз ответственности за совершённые преступления. Ведь его личное будущее было материально обеспечено врагами России. А будущее страны его мало волновало.

Тем не менее, самое простое и несправедливое - осудить его одного, забыв про большинство наших соотечественников, бездумно поддерживавших все его начинания. Коллективный любитель сладкой жизни на закате советской эпохи окончательно одолел в себе строителя светлого будущего с неясными перспективами. И разве можно его (всех нас) за это осуждать? Конечно, можно. Безусловно, нужно.

Не будучи профессиональным историком или социологом, постепенно нарастающую эрозию коллективного бессознательного можно с лёгкостью отследить по кинематографу, начиная годов с семидесятых. “Отпуск в сентябре”, “Полёты во сне и наяву”, “Блондинка за углом”, “Курьер” и многие другие, им подобные ленты обнажали экзистенциальный кризис “человека в поисках смысла”, как в анекдоте, “Правду” читающего, на “Правде” едящего, “Правдой” подтирающегося, а правды не видящего. И к концу восьмидесятых массовое стремление пожить, как люди, с тематическим парком, блэкджеком и “Интердевочкой” в качестве ролевой модели, воплотилось в не отягощённом выдающимся интеллектом и совестью Михаиле Сергеевиче. И не надо осыпать инвективами его свежую могилу. Он всего лишь озвучил чаяния большей части правящего класса и значительной части общества, решившего предпочесть позор войне и распродать по дешёвке унаследованное в надежде отщипнуть кусочек побольше в процессе раздербана социалистической собственности.

Есть только один нюанс. Россия больше любых паразитирующих на её теле и истории “сатрапов и палачей”.