Когда выстраивается шеренга солдат, то впереди становятся самые рослые и бравые, а в конце всегда бывает маленький солдатик. Так дом Пантелевны стоял в конце и был самый маленький, в три оконца. Про такие дома говорят, что они пирогом подпёрты, блином покрыты. Я бросил березовую жердь на землю и присел на лавочку перед домом. — Как называется ваша деревня? — спросил я. — Чистый Дор. — Чего Чистый? — Дор. Дор... Такого слова я раньше не слыхал. — А что это такое — Чистый Дор? — Это, батюшка, деревня наша, — толковала Пантелевна. — Понятно, понятно. А что такое «дор»? — А дор — это вот он весь, дор-то. Всё что вокруг деревни, — это всё и есть дор. Я глядел и видел поле вокруг деревни, а за полем — лес. — Какой же это дор? Это поле, а вовсе не дор никакой. — Это и есть дор. Чистый весь, глянь-ка. Это всё дор, а уж там, где ёлочки, — это всё бор. Так я и понял, что дор — это поле, но только не простое поле, а среди леса. Здесь тоже раньше был лес, а потом деревья порубили, пеньки повыдерги