Текст Ирины Никитиной.
Олег Иванович считал, что свое он прожил. Болело везде, и всегда. По утрам, он поднимался с постели с большой неохотой, плелся в ванную комнату, и там долго всматривался в свое отражение в зеркале.
«Ну и рожа. Ничего в жизни хорошего не осталось. На себя в зеркало смотреть противно. Все нутро больное, суставы ломят. Недолго, видно, осталось», - думал он так, каждое утро. Желания заняться чем-нибудь, помимо еды и телевизора, он не испытывал, и мрачные мысли цепко держали его в лапах.
Жене, Вере Петровне, постоянно про смерть свою говорил, и допытывался, как она без него жить будет, наверное, быстро про муженька думать перестанет. Вера Петровна от него отмахивалась, принимая все его разговоры за старческое брюзжание.
Олег Иванович часто думал о том, как будут обставлены его похороны. И, с удивлением, понимал, что ему все равно. А вот место, где он будет покоиться, его, очень даже, волновало. Хотелось ему, чтобы и соседи были приличные, и природные красоты присутствовали.
Задумался он, как, при жизни, этот участок себе заполучить. Денег было скоплено немало, работа, до пенсии, у него была высокооплачиваемая. Начал Олег Иванович всех своих знакомых и давних друзей обзванивать, расспрашивая, нет ли у кого связей на муниципальных кладбищах. В конце концов, через третьи руки, нашел возможность и купил участок, два на два, на одном из кладбищ.
Местность, вокруг его участка, была очень красивая, березки и клены шелестели листвой, рядом уже были захоронения, соседи лежали солидные, все почтенного возраста. В общем, все так, как и хотелось.
Но, на его участке росла только сорная трава. Памятник с крестом не поставишь, не по-человечески это – памятник надгробный при жизни ставить. Оградку, конечно, поставил, чтобы по его участку никто не топтался. Траву Олег Иванович всю уничтожил, и осталась только голая земля.
Стал собственник участка думать, как ему место своего последнего упокоения облагородить.
Деревья молоденькие сажать нельзя, они, своими корнями, на него потом давить будут. Решил тогда Олег Иванович на участке цветы посадить. Места немного, особенно не развернешься, но он сделал небольшие клумбы, и каждая его цветами радовала.
С ранней весны и до поздней осени, любовался он своим цветником. Одни цветочки отцветали, им на смену другие приходили. Олег Иванович сколотил небольшую скамью и поставил ее за оградкой. Сядет на скамейку и представляет, как хорошо ему здесь лежать будет.
Жена про его затею знала, и пальцем у виска вертела.
- Совсем с ума сошел, старый. Мало того, что при жизни участок купил, так еще за ним ухаживать ездишь. Бога не гневи, прекращай это делать.
- Эх, мать, видела бы ты, какая у меня там красотища. Сейчас пионы зацвели, аромат стоит, закачаешься. А по осени астры, таких астр еще поискать, не в каждом садовом товариществе найдешь, - Олег Иванович эмоционально размахивал руками, рассказывая о своем участке.
Вера Петровна мужу выговаривала, а сама потихоньку посмеивалась. И она, и дети, сначала, шокированы были затеей старого брюзги, но со временем махнули рукой. А потом, Вера Ивановна замечать стала, что муж на болячки жаловаться перестал, походка у него стала, как у молодого, спину прямо держит и за поясницу постоянно не хватается. И характер у мужа стал более покладистый, не спорит по пустякам, не придирается.
Вера Петровна оладьи жарила, когда муж быстрым шагом зашел на кухню.
- Садись чай пить, с оладьями, со сметаной.
- Да некогда мне. Звонили родственники одного моего будущего соседа. Они мне клубни очень красивых георгинов обещали, которые на их участке посажены. Так что, я к себе поеду, а оладьи потом, вечером, - сказал Олег Иванович и убежал.
«Ну, и ладно», - подумала Вера Петровна.
11.09.2022г. И. Никитина.
