Сверхспособности у Юльки открылись возле кофейной витрины продмага.
Только взяла заветную баночку в руки – сразу же подумала: «Да не хочу я эту гадость по акции! Может, обойтись пока без кофе?». Рука незаметно дрогнула, и баночка за сто девяносто девять разлетелась осколками по мокрому полу, растворяя содержимое в грязных дождевых следах покупателей. «Я заплачу», – сказала Юлька вскинувшемуся охраннику и заплакала. До зарплаты оставалось три дня и пятьсот рублей. Минус сто девяносто девять.
На следующий день она сидела на рабочем месте и смотрела в окно. На стекле оседала осенняя морось. Люди на площади прикрывались зонтами и бежали, бежали куда-то, рассовав по карманам недремлющие смартфоны. Юльке бы сосредоточиться на холодных звонках, а она вместо этого зажмурилась и подумала: «Ну что за тоска, не хочу я здесь работать!».
В конце дня замзама Антон, бодрый и улыбчивый, пригласил её в кабинет. Он распинался про испытательный срок, в котором важен каждый эффективный рабочий день. Что-то про «оплатим в полном объёме» и «за вычетом премии». Что-то про «нам нужны заинтересованные и активные». Что да, то да: Юльке было неинтересно впаривать домохозяйкам по телефону новое чистящее средство, которое действительно чистит (вот уж неожиданность!). Приносить бы настоящую пользу... Из длинной оптимистичной телеги Антона Юлька сделала вывод, что уволена.
Выйдя на улицу, она облегчённо вздохнула. Свобода! Вот только дождь этот, а Юлька как назло оставила в офисе зонт. Возвращаться было неприятно. «Не хочу дождь», – подумала она, глядя в однотонно серое небо. И дождь перестал. Тогда Юлька что-то заподозрила. На чём бы ещё проверить?
Через дорогу побежала собака. Мокрая от дождя, маленькая, тёмно-бурой масти и невнятной породы. Таких считают умными, а эта дурёха ломилась на красный наперерез видавшей виды приоре. «Беги быстрее!» – изо всех сил подумала Юлька. Водитель попытался притормозить и объехать одновременно, чертыхнулся, пустил машину юзом по мокрому асфальту, но удержал руль и даже умудрился ни в кого не врезаться. Только дворняга... Маленькое тёмное тельце отбросило бампером к обочине, чуть не под ноги Юльке с её ни к чёрту не годными сверхспособностями.
Она наклонилась к зверушке проверить: а вдруг цела? Бок животины судорожно вздымался. Собака подёргивала кончиком хвоста и смотрела на Юльку умными жёлтыми глазами. «Дурища», – девушка хотела сказать сердито, а получилось жалобно.
– Это ваш собака? – спросил с акцентом мужичок в потёртой кожанке.
– Похоже, теперь моя, – зачем-то сказала Юлька, а сама подумала: «Не хочу! Не хочу одна с этим разбираться!».
– Не поняль. Ваш или не ваш? – настаивал докучливый прохожий.
– Да ничья она, – сердито отозвалась девушка. – Возьму себе, буду лечить.
– Клиника надо, – поцокал собеседник. – Клиника дорого. Вот, возьми, болше нет у меня, – он протянул ей смятые купюры.
– Да вы что! – Юлька дёрнулась отказаться.
– Это я сбиль, – нахмурился мужичок. – Я виноват, что могу сделай, деньги возьми и отвезу, а потом уехаль, работа надо.
Не дожидаясь ответа, он снял куртку, аккуратно уложил на неё пострадавшую и понёс к машине. На ходу обернулся:
– Ты ехаль?
– Д-да, конечно, – спохватилась Юлька и кинулась вслед водителю.
В ветклинике приняли без очереди. Вот только операций на сегодня не планировали, и врач был один, без помощников.
– Ассистировать будете? – спросил он опешившую Юльку. – Гарантий не дам, но так шансов больше.
– Ладно, – обречённо кивнула девушка, а сама подумала: «Не хочу! Не хочу свалиться в обморок от вида крови».
И не свалилась. Поначалу неловко подавала хирургу незнакомые инструменты, придерживала бездыханную тушку где скажут, потом сориентировалась, под конец даже хотела попробовать наложить швы, но ей не дали.
– Сейчас поставлю капельницу, – сказал наконец врач, – и будем ждать. Кости, как видите, целы, но внутренним органам досталось. Хорошо если выживет.
«Попробуй только умри», – мысленно погрозила Юлька собаке. И собака выжила.
Когда девушка на следующий день приехала забирать новую подопечную из стационара, дежурил тот же врач. Он предложил Юльке работать в клинике. Им как раз нужен человек, который будет отвечать на звонки, встречать питомцев с их хозяевами, а в случае чего не испугается вида крови. Юлька радостно приняла предложение и подумала: «Только бы не облажаться!».
И не облажалась.
Теперь в этой клинике самый высокий процент выздоровлений. На рецепции сидит новенькая. В свою смену она приводит на работу маленькую собаку тёмно-бурой масти. И когда новенькая подходит к тяжёлым пациентам и сурово думает «попробуй только не выздороветь», собака вслух добавляет: «Гав!».