Страшно и то, что на 159 -ой подводной лодке, точнее, вместе с ней, утопили как =CENZORED=, =CENZORED= никому там не нужный при буксировке личный состав. Девять жизней загубили человеческих.
Один, кстати, выжил. И дал нужные показания на своего командира и других погибших товарищей. Что при поступлении воды внутрь прочного корпуса можно сделать на проржавевшем насквозь железе, где ничего почти не работает, да ещё и без источников энергии? Извините, я не могу рассказывать об всём этом ****стве в спокойном тоне. Эмоции переполняют, поэтому далее процитирую официальный источник ( https://pravo.ru/process/view/49678/ ):
"К-159 находилась в составе флота около 30 лет, а затем была переведена в дивизион "отстойных" лодок. Числящиеся в его составе субмарины подвергаются консервации и ждут долгой очереди на утилизацию. Очередь К-159 пришла в 2003 году: 28 августа в 11:15 ее начали буксировать с места дислокации на судоремонтный завод "Нерпа" в Снежногорск Мурманской области. Перегон обеспечивало спасательное судно "Памир". На борту ПЛА находилась перегонная команда в количестве 10 человек: капитан 2 ранга Сергей Лаппа (командир подводной лодки), капитан 3 ранга Михаил Гуров (механик), капитаны 3 ранга Юрий Жадан и Олег Андреев, старшие лейтенанты Сергей Соколов и Максим Цибульский, старший мичман Александр Алешкин, мичман Роман Куринный, старшина 1 статьи контрактной службы Евгений Смирнов, главный старшина контрактной службы Андрей Князев. Непосредственный руководитель буксировки – командир дивизиона консервации капитан 2 ранга Сергей Жемчужнов находился на буксире. Для повышения остойчивости и непотопляемости буксируемой подлодки, к ней были прикреплены носовые и кормовые понтоны.
29 августа погода в районе буксировки стала ухудшаться. В связи с этим скорость буксировки была увеличена с трех до 4 узлов, чтобы быстрее достичь спокойных вод Кольского залива. Однако увеличение скорости при сильном волнении моря привело к тому, что носовые понтоны сместились к корме, а кормовые понтоны оторвались. Кроме того, бьющие по корпусу понтоны нарушили герметичность корпуса подводной лодки в районе кормы. Устойчивость ухудшилась, появился дифферент на корму до 6 градусов. 30 августа примерно в час ночи подводники сообщили на буксир о поступлении в кормовую часть лодки забортной воды.
Когда с борта лодки доложили о том, что отсеки быстро заполняются водой, капитан 2 ранга Жемчужнов приказал команде подняться из 3 отсека в ограждение рубки и при необходимости самостоятельно покинуть корабль. После того, как связь с К-159 прервалась, на буксире заметили, что носовые и кормовые огни подлодки исчезли.
Катера, спущенные с буксира и спасательного судна, подняли из воды старшего лейтенанта Максима Цибульского, находящегося в бессознательном состоянии, а также тела капитана 3 ранга Юрия Жадана и старшины 1 статьи Евгения Смирнова."
Да, лично я не понимаю, как военная служба может быть безопасной. И отделы БВС (безопасной военной службы) поэтому всегда называл "комитет солдатских матерей в штанах". Но должен же быть предел даже флотскому долбо**изму "в новых экономических условиях"? Предела не было. Был узаконенный беспредел. А ещё были деньги, которые нужно было побыстрее "освоить". Вдруг передумают и заберут обратно? Поэтому и отправили 159 -ую в последний поход из Гремихи в осеннее штормовое море. Пишу осеннее, поскольку конец августа на Севере - это уже осень. Один из командиров гремиханских пла, нарушив все инструкции и план буксировки (подписывает его комфлота, на всякий случай), буквально заставил работяг не только закрепить, а и надёжно приварить швартовые концы напрямую к прочному корпусу.
Вы не ослышались - приварить! При помощи стальных швартовых концов, таким образом, подводная лодка надёжно поддерживалась понтонами. Поэтому, цитирую: "…мы и не лежим на дне рядышком…".
И был это мой хороший знакомый, по службе в Полярном ещё, капитан 2 ранга Полюк А.И., командир пла К-54 (902 заказ). На фото внизу церемония прощания с его подводной лодкой. Набережная Н-1 СРЗ "Выдра".
...
Однажды при очередном подрыве (ОП-1, операция №1) крышка реактора "не пошла". Звон металла (в ход пошли кувалды) всю ночь раздавался над бухтой Кут. Я отзвонился домой и остался на службе. ГКП ПКЗ-141 на подрыв очередной крышки реактора всегда разворачивался штатно. Мне не спалось. Помочь ничем дежурной смене перезарядчиков я не мог. Мало того, по боевому расписанию я не имел права покидать нашу плавказарму вообще. При любом развитии событий. Я пообщался с нашими механиками, попытался немного поработать с документами. Ничего не получалось. Походил по ПКЗ, как зверь в клетке. Принял доклад, что представители Инспекции УГН ЯРБ убыли домой. Пытался прилечь - бесполезно. И я принял решение порыбачить, чтобы успокоить нервы. Не знаю как кого, а меня это дело всегда успокаивает и умиротворяет. Ловил рыбу я с противоположного производимым работам борта. За ночь в поисках корма зашло несколько стаек рыбы. И я так до утра и не сомкнул глаз. Уж не знаю, с привлечением помимо кувалд чьей-то матери или без, но ПМ*щики свою работу сделали. Я всегда старался не мешать перезарядчикам (у них и своих штабов хватало), уважал их нелёгкий труд и посещал плавмастерские только в случае крайней служебной необходимости.
На следующий день после доклада инспекторам УГН ЯРБ пошла ставшая давно обыденной и будничной работа по выгрузке активной зоны. Вечером домой я привёз целую авоську трески, сайды и пикши. Но сделал маленькую стратегическую ошибку, подробно рассказав всё своей супруге.
-"А я - то думала, ты герой. А ты, пока другие трудятся, рыбу ловишь!" – сказала она. Я уже накатил под свежезажаренную рыбку и поначалу попытался подробно объяснить боевую организацию развёртывания личного состава дивизиона, персонала судоремонтного завода и придаваемых сил и средств в случае ядерно-радиационной аварии. Вопросы взаимодействия. Этапные действия сил. И прочую заумь, малопонятную простому человеку. Татьяну это лишь искренне развеселило. Я ещё чуток потужился, а затем плюнул на это дело, заметив лишь: -"...лучше бы я в отсеке гайки крутил!" И убыл спать.
Так и остались каждый при своём мнении. "С женщиной спорить - себя не уважать!", говорит восточная мудрость. И это так. Это не потому что они такие глупые. Они мыслят совершенно другими категориями, и доказывать им что-то, выстраивая железобетонные аргументы мужской логики; пусть и опираясь на твёрдое знание руководящих документов, планов, инструкций и собственного жизненного опыта абсолютно бессмысленно.
А готовились мы все серьёзно. Ниже фотографии флотских сборов специалистов РХБЗ. Посёлок Видяево, март 2007 года.
...
Пожар на ПКЗ-141. Произошёл в моё отсутствие. Запасные РП-6 после этого случая в рубке дежурного всегда были абсолютно новыми. Мне лично было пофигу, что их не хватает на боевых кораблях. Потому что я смотрел в глаза человеку с гражданского экипажа команды ПКЗ, которому при тушении пожара стало плохо. И извинялся перед ним. А то, что виноват потерявшийся в ситуации дежурный по живучести, лично с меня ответственности не снимает. Всем просто повезло. Как и впоследствии, на многочисленных отработках "борьбы за живучесть" ОФИ*шных экипажей на УТК (учебно-тренировочном комплексе) Гаджиево.
Сколько я не бился, меня никто не слышал. Рисковать чужим здоровьем, а возможно и жизнями, используя регенеративные патроны с истекшими сроками хранения, я считал и считаю просто идиотизмом. Я понимаю, что довольствующим органам надо каким-то образом имущество освежать. Списывать сами в таких объёмах они не могут. Приходится выдавать всё это просроченное барахло в войсковые части. Маскируя всё это заботой о боеготовности ВМФ. Да, я знаю, что в нынешних условиях в море всё это дерьмо не затопишь. И в полигонах не сожжёшь. Возьмут экологи за жопу и выпишут огромнейший штраф. И правильно, кстати говоря, сделают. Вопрос утилизации просроченного и пришедшего в негодность имущества затратен. Над этим работают целые институты, вот пусть они и трудятся. От себя лишь отмечу, что в лихие девяностые Ковдорский горно-обогатительный комбинат (ГОК) в огромных количествах скупал регенерацию у КСФ и производил с её помощью взрывные работы. В карьерах. Экономя на штатной взрывчатке приличные деньги.
В качестве примера того, что именно надо отрабатывать ДВС пла утилизации, приведу методику отработки, внедрённую НЭМС*ом капитаном 2 ранга Захаровым Юрием Сергеевичем. Он лично раз в месяц отрабатывал покидание списанных подводных лодок экипажами. Шла эвакуация из кормы в нос. По дороге закрывались переборочные двери и обесточивалось оборудование. И на этом всё! Все на пирсе, живые - впору ордена вручать. Не приспособлена потому что ОФИ*шная атомная подводная лодка к борьбе за живучесть. Многое там уже просто не работает. А то что вроде работоспособно - лучше вообще не трогать. Так же считал и преемник Захарова капитан 2 ранга Симаков Игорь Игоревич. Потом "механическая" власть в дивизионе сменилась. И народ годами, до самого расформирования соединения, занимался хернёй, имитируя подготовку боевых экипажей ходящих в море атомоходов.
...
Заступил я как-то дежурным по дивизиону. На СРЗ "Выдра" в это время производилась модернизация большого морского транспорта "Яуза" ( https://bmpd.livejournal.com/360002.html ). Это транспорт специального назначения и относится к серьёзной организации, поэтому дополнительную информацию ищите, пожалуйста, на просторах интернета сами.
И поздно вечером на судне случился серьёзный объёмный пожар. Диспетчерская служба завода и специальная пожарная часть сработали быстро. А я произвёл все необходимые доклады и стал нервно ждать прибытия личного состава. Наконец "погорельцы" в количестве 12 человек прибыли. Их построил прямо перед рубкой дежурного стармос-контрактник в джинсах, кроссовках, тельняшке и форменной военной курточке. В чём был - в том и выскочил. И стоял на правом фланге, держа пилотку под мышкой.
-"Не стоит докладывать."- сказал я - "И передайте своему командованию мою просьбу поощрить Вас своей властью." А потом я просто молча пожал ему руку и сказал "спасибо" за то, что он всех до единого бойцов, находившихся на корабле, на ПКЗ-141 привёл. Живыми. Вызванный мной дежурный БЧ-5 гражданского экипажа, команды обслуживающей нашу плавказарму, Валера организовал чумазым прокопченным мальчишкам помывку и размещение в свободных каютах до утра. Моряки-срочники, помимо личных вещей, умудрились прихватить с собой три посылки из дома. И всё норовили угостить меня конфетами в качестве благодарности... Оперативный телефон как всегда барахлил. И я до трёх часов ночи, пока полностью не ликвидировали очаги тления, производил доклады дежурной службе КолФлРС по собственной "трубке" Sony Ericsson. Что скажу Вам честно, намного удобнее. Хотя, естественно, не приветствуется.
19.02.2021
.