Проведя античный период в постоянных войнах, жители острова — согласно мифам, потомки Посейдона и нимфы Керкиры — попали под правление Римского императора, а после распада империи оказались в ее Восточной, Византийской части. Измученные постоянными нападениями, островитяне в конце XIV века отдались под протекторат Венеции, которой Корфу принадлежал почти 400 лет.
Венецианцы построили на побережье крепости и города (их-то в основном и показывают туристам) и выдержали немало битв с турками. Узкие улочки и типично венецианские здания до сих пор сохранились в столице острова, а в тавернах едят «софрито» (говядину по-венециански). Склонность к роскоши и утонченности (несвойственная в целом классической Греции) досталась острову от них в наследство.
После краткого французского периода, в 1815 году власть на острове перешла к Британской империи. Англичане дали острову конституцию – не выпуская, впрочем, власти из рук.
В начале XIX века Корфу стал местом паломничества английских художников и поэтов, его описал в своем «Фрагменте турецкой повести» Байрон (история восточной невольницы и ее возлюбленного-венецианца, в конце которой, как и подобает произведению эпохи романтизма, все умерли). По сути, именно Байрону остров обязан своей популярностью в Европе XIX века – которая докатилась даже до России.
В 1864 году Корфу вошел в состав Греции. Однако англичане не покинули его – они построили виллы на берегу, широкие дороги по всему острову, и превратили в любимое место для отдыха от туманов Альбиона. Сюда заезжали, во время своего первого романтического путешествия, будущие герцогиня и герцог Виндзорские (в тот момент принц Уэльский Эдуард и замужняя Уоллис Симпсон). Маршрут их путешествия начерчен на крышке золотой табакерки – а Корфу отмечен горошинкой бирюзы.